Все тайное стало явным

- Говорите как есть, я хочу знать все без прикрас, - прошу мачеху Ксюши, а сам до сих пор не верю, что решил раскопать правду и поехал за информацией.

Татьяна Петровна не самого простого характера, жену всегда держала в узде и требовала к себе отношение как к родной матери, заставляя ту называть ее никак иначе, кроме как мама. Для супруги этот момент был проблематичным и она, дабы минимизировать претензии и недовольство Тани, изредка так ее величала, но чаще старалась обращаться по имени и отчеству.

Ради отца Ксюша приняла женщину и ее дочь, хотя первая была достаточно строга к падчерице и никогда не давала слабины. Не знаю, воспитанием ли было обосновано это отношение, но я не думаю, что они желали зла моей супруге.

В конце концов, Ксения состоялась как личность и закалила характер. Думаю, благодаря ""особому"" методу Татьяны шпынять ее по любому поводу в том числе.

С Соней и вовсе они сразу сдружились, хотя мачеха часто утверждала, что Ксюша плохо влияет на Сонечку и учит нехорошим вещам. Правда это или нет – теперь сложно понять, однако во взрослой жизни именно жена заставила сводную сестру проститься с кучей вредных привычек и привила той относительно правильные понятия нормы.

Татьяна Петровна по жизни не работает и занимается исключительно тем, что тратит деньги, как мужа, так и сводной дочери. Не раз делал замечание Ксении по этому поводу, откровенно намекая, что это ненормально – содержать двух взрослых женщин, но мои аргументы не имели особого веса.

- Соня еще молодая, найдет мужа и отпадет потребность моей помощи. Понимаешь, отцу одному сложно разбираться с запросами дам, хочется хоть немного ему помочь. От нас не убудет, - добродушный неизменный ответ Ксюши заканчивал диалог на этой ноте.

- Смотри сама, мне кажется, это перебор. Тем более ты сама не раз говорила, что Таня слишком много желает, не приложив никаких усилий и труда. Зачем ты поощряешь безделье?

- Я уже сказала, делаю это исключительно отца ради. Вань, ты прекрасно знаешь занятость папы и полное нежелание вникать в наши женские дела. Я не хочу его расстраивать.

- Смотри сама, когда-нибудь ты очень пожалеешь, что закрывала глаза на многие вещи в свою сторону.

- Я верю в то, что многие поступки Таня и сестра совершали не со зла, возможно, в глубине души они меня любят и как раз когда-нибудь помогут, а не подставят.

Теперь я понимаю, о чем Ксения. До меня начинает доходить смысл ее альтруизма и многих непонятных вещей. Именно по причине того, что Татьяна Петровна и Ксюша прикрывали ее похождения, она так финансово вливалась в их содержание.

От подобного осознания меня передергивает. Как она могла так убого врать, глядя в глаза? Говорить о любви, пытаться зачать ребенка, попутно кувыркаясь с Самойловым.