Перекрыл работающие моторы…

И прошелся наждачкой по воспаленной коже Вики.

Говоривший мужчина привык отдавать приказы. Он знал, что ему беспрекословно подчинятся. По крайней мере, те, кто с ним приехал.

Вика и не думала опускать двустволку. Она стояла в тени, с глупой надеждой, что если вдруг… что-то пойдет не так… она сможет нырнуть в дом или спрятаться за дверь. Надежда, и правда, была глупой, потому что даже Вика, плохо разбирающаяся в оружии, видела, что у мужчин оно серьезное. И, кажется, даже автоматы были…

Горло свело спазмом.

Но руки у неё не дрожали.

И не дрогнут, если придется выстрелить.

Тот, кто у них был за главного, вышел вперед.

Он же и говорил, отдал короткий, пробирающий до холода приказ.

В одежде мужчина ничем не отличался от других. Взгляд Вики выцепил картинку в целом. Черная без опознавательных знаков униформа, такие же черные высокие берцы. Лишь на голове у него не было шапки, как у некоторых других."

"Ещё он был высоким. Под метр восемьдесят точно. И плечистым. Ни намека на сутулость. Скорее, военная выправка. А может, и нет… Мысли Вики метались, точно потревоженные птахи. Бились в голове, ища выход, которого не было.

Ни при каком раскладе…

Мужчина уверенно двигался в её сторону. Шаг за шагом сокращал расстояние. А Вика понятия не имела, кем он был, но, даже стоя на верхней платформе крыльца, возвышаясь над ним, у девушки не возникло и тени сомнений, что перед ней не простой служивый.

От мужчины шла сумасшедшая, сбивающая с ног энергетика. Каждое движение говорило о том, что он хозяин положения. Что лучше у него на пути не вставать…

Она встала…

Вика не могла рассмотреть его лица.

Что-то жесткое… Суровое… С тонкой линией поджатого рта и квадратным подбородком…

- Ружье отпусти.

Таким же холодным, непримиримым, не терпящим возражений и сопротивления тоном сказал мужчина.

Его слова относились к ней.

Кровь вскипела в жилах Вики.

Если бы девушка провела более спокойную ночь, не накрутила бы себя до невероятных высот, если бы боль в ноге не беспокоила всё сильнее, то Вика не сместила бы двустволку.

И не выстрелила бы.

* * *Выстрел оглушил прежде всего Вику.

И осознание того, что она нажала на курок, хлестнуло по каждому миллиметру тела, взорвалось в мозгу оглушающим фейерверком, в эпицентре которого она оказалась.

От удивления у Вики безвольно приоткрылся рот.

Она только что выстрелила не по мишени… А в живого человека.

Нет-нет… Ему в ноги… Она стреляла в землю и точно знала, что до берцев сантиметров двадцать.

Она не могла промахнуться.

Послышались вскрики, мат.

И снова среди начинающейся вакханалии фоном, перекрывающим все, раздалось негромкое:

- Охренела?

Наверное, в другой раз Вика согласилась бы.