Видимо, и он на пределе…

Если её предел вылился в желание послать всех к чертям собачьим с требованием оставить её в покое, дать возможность гордо прогуляться по трассе под дождем, во что выльется его?

Это был риторический вопрос, на который она не желала знать ответа.

Но что-то ей подсказывало, что придется.

- Всё серьезно, - на лице мужчины не дрогнул ни один мускул.

- Булат, вы…, - у Вики, которая всегда находила, что и кому сказать, которая свободно выступала перед аудиторией, не стесняясь и не тушуясь, не нашлось слов.

Она смотрела на мужчину и в её голове не выстраивалась логическая цепочка.

Перед ней стоял нефтяной олигарх.

Самый настоящий.

Тот, кто владеет «заводами и пароходами».

Кому принадлежит власть в этом городе.

И не только в нем…

Что он пытается ей сказать?

Причем, открыто, не таясь.

У Виктории закружилась голова и девушка поспешно сделала ещё один глоток.

Может, напиться?

- Что? – требовательно бросил Валгаров.

- Не знаю, - честно ответила она. – Ваши слова… они…Смущают меня. И вызывают недоумение.

- Мне нравится твоя открытость.

- То есть сейчас вы мне верите? Да?

- Верю, пожалуй, не то слово.

- А какое то? Зачем я снова в вашем доме?

- А если, предположить, Виктория, что это любовь? Внезапная, сильная. С первого взгляда.

На этот раз Вике ничего не показалось – Булат говорил жестко, рубленно. Каждое слово как брошенный в её сторону камень. И диссонанс от услышанного только усиливался, звенел в ушах, в сознании Вики, гулким настораживающим эхом.

- Олигархи не умеют любить, - глуше, едва размыкая враз ставшими непослушные губы, проговорила девушка.

Булат вздернул кверху бровь.

- Откуда такая информация? Олигархи не люди?

- Прекратите, - не выдержала она.

- Я ещё не начинал, девочка. И очень не хотел бы…

- Что вы имеете в виду?

Булат не ответил.

Он отставил стакан в сторону и направился к ней.

Первым порывом Вики было бежать. Развернуться и бросится куда глаза глядят! Но куда? Она в его доме, за окном продолжала свирепствовать природа, которая точно сошла с ума, бесчинствуя и лютуя. Если предположить, что Вике удастся вырваться из дома, во двор, что дальше? А играть в догонялки по дому – бессмысленно.

Она замерла. Превратилась в тугую пружину. Желудок скрутило от накатывающей тревоги.

Не паники. Как ни странно, её не было. Было что-то другое, более сильное, вязкое, опасное."

"Как шел к ней Булат. Размеренно, прекрасно зная, что она оказалась в ловушке.

Снова……в его доме…

Вика всё же начала отступать назад.

Шаг. Ещё шаг.

Они смотрели друг другу в лицо. Мужчина и женщина. Оба до предела напряженные, не доверяющие друг другу.

Он надвигался.

Она уходила.

Ровно до тех пор, пока не уперлась спиной в стену.

- Не подходи.., - выдохнула Вика, не заметив, как перешла на «ты».