Тотчас запищала и выскочила, и лишь когда вернула теплую, снова встала под душ.

Вика долго мыла волосы. Тщательно. Потом с такой же почти маниакальной тщательностью терла тело до болевых ощущений. Лишь потом вышла.

Хватит.

Закутавшись в большой белый халат и завернув волосы в полотенце – надо же, тут как в гостинице имелся минимальный гостевой набор, - она отправилась на поиски кофе.

Не выпьет кофе – умрет.

Ляжет прямо на пол и будет пялиться в потолок до тех пор, пока не обессилит от отсутствия кофеина в организме.

Ничего подобного делать не пришлось. И кофе, и кофемашина имелись.

Счастье в этой жизни есть…

Пусть и в такой интерпретации.

После душа и первого глотка кофе, головная боль отступила, и дышать стало легче. Вика забралась на широкий низкий подоконник и подтянула колени к груди.

Что дальше?

Снова собирать себя по частям?

Наверное.

Грустная улыбка тронула губы Виктории.

Когда она поняла, что провалилась в мужчину, что полюбила его, он, кстати, тоже признавшись ей в любви, почему-то решил, что между ними ничего не может быть, и по-быстрому свернул их отношения. А после этого ещё говорят, что женщины не логичны!

Можно, конечно, позвонить Валгарову, сказать, что он охреневший в конец мужик и что она его не желает больше видеть, но вначале потребовать объяснений.

Только зачем…

Вика не видела смысла. Да она и не тот человек, который будет выяснять отношения и чего-то требовать. К тому же, она сама постоянно отталкивала Булата. Может, он, получив её, решил, что она не стоит тех усилий, которые он прикладывал? Тогда зачем признался в любви?

Его голос до сих пор звучал в её голове.

Слезы постоянно появлялись в глазах, мерзко щипали.

Нос тоже предательски шмыгал. Хотелось бы быть сильной, не плакать, не жалеть себя.

Не получалось.

Как говорят в народе? За что боролась, на то и напоролась.

Почему же так больно…

Выпив две чашки кофе подряд, Вика начала раскачиваться. Прошлась по квартире, несколько раз пораженно покачав головой.

Хоромы, как бы сказала баба Клавдия.

Квартира состояла из трех спален и двух больших комнат. Про кухню Вика молчала.

Лабиринт из стен. Холодных и чужих.

Оставаться здесь она не планировала. Но куда идти?

Проситься пожить к знакомым? Так те всю душу вынут, не сразу, конечно.

Поначалу никто не будет активничать, вопросы полетят уже потом, когда она разложит вещи и обустроится.

Вопросы начнутся с одежды. Откуда такие дорогие вещи взялись, и можно ли их поносить. Вика против второго никаких возражений, конечно, иметь не будет. А вот насчет первого…

Если она выдержит «шмоточную» атаку, то дальше пойдут более откровенные и неудобные вопросы, от которых она даже отбиваться не станет. Молча уйдет, поссорившись с хозяевами.

Поэтому хорошие знакомые не вариант.