А бобтейлы очень выносливы и не требуют тщательного ухода. Ну скажите, зачем вам эти клочья шерсти по всему дому? А эти аккуратные, их не нужно возить к парикмахеру колтуны выстригать. Это же лишние траты! К тому же, покупая бобтейла, вы приобретаете настоящего друга. Я видела, вы вчера засматривались на британцев. Не стану их хулить, милые создания, но бобтейлы – совершенно другого уровня кошки. К тому же Маргарита… Не хочу ничего говорить о ней плохого, но, между нами, она в своем деле дилетант. Ей с таким же успехом можно разводить дворовых кошечек – никакой разницы. Была бы симпатичная мордашка рядом. Но вы-то женщина продвинутая…

Станислава умело использовала промоутеровские приемы, ловко убеждая меня в том, что уважающая себя женщина должна приобрести только меконгского бобтейла. И только у нее лично.

Я делала вид, что сомневаюсь, оцениваю, закусывала губу, покачивала головой, присматриваясь… Станислава Владимировна открыла было рот, чтобы снабдить меня новой информацией, призванной повысить ценность бобтейлов в моих глазах, но не успела. К ней неожиданно подошла сама госпожа Юрьева, которая любезно поздоровалась со мной и, взяв Станиславу под локоть, отвела ее в сторону. Она что-то говорила ей, причем явно не то, что нравилось Станиславе, поскольку та хмурила брови. Юрьевой пришлось несколько раз с нажимом повторить последнюю фразу, так что я смогла ее разобрать: ""Я тебя прошу, про-шу! Так надо, я в долгу не останусь"".

Наконец Станислава кивнула, и Альбина Николаевна, с облегчением выдохнув, отошла.

– Что, проблемы? – участливо спросила я.

– Нет-нет, – заверила меня Станислава Юрьева. – Обычный рабочий момент. Послушайте… – Она пристально посмотрела на меня, что-то соображая. Ей явно не хотелось лишаться потенциальной покупательницы. – Я же вижу, вы заинтересовались моими кошечками. Давайте поступим так: мне сейчас необходимо отлучиться, а вы, пожалуйста, приезжайте ко мне домой вечером. Я вам дам визитку, вы легко найдете мой дом…

Я не возражала, а Станислава уже быстренько черкала план на листочке и протягивала мне его вместе с визиткой.

– В шесть часов вас устроит? – Она истекала медовой улыбкой.

– Да, вполне, – поблагодарила я ее, убирая визитку в сумку.

– Вот и чудесно, – Станислава подхватила клетку со своими бобтейлами и величаво поплыла с нею неторопливой павой по коридору…"

"Я огляделась. В сущности, делать мне здесь было больше нечего. И даже хорошо, что так сложились обстоятельства, что мне доведется побеседовать с Пушновой у нее дома. С одной стороны, там она будет на своей территории, что добавит ей уверенности. С другой – я поняла, что на выставке откровенного разговора с этой дамой все равно бы не получилось.