Голову готова дать на отсечение, что он задумал очередную попытку вернуть мне память. Впрочем, если она будет такой же приятной, как прошлая, то я не против.

Я проводила Азриэля до двери. Мне ужасно не нравилось его обманывать, но правду сказать я не могла. Особенно после вчерашнего. Я зашла слишком далеко, поздно поворачивать обратно. Признаваться надо было в самом начале. Теперь только вперед.

Едва Азриэл ушел, простыня напомнила о себе:

— Я уже могу сменить форму?

— Меняй, — разрешила я.

Не прошло и минуты после ухода Азриэля, как прибежал Морт. За дверью он, что ли, караулил?

— Ты жива, — с облегчением выдохнул он, увидев меня. — Ну, рассказывай, как все было?

— Моя личная жизнь не твое дело, — фыркнула я. Грязных подробностей ему подавай. Обойдется.

— Больно мне надо лезть в ваши шуры-муры, — обиделся Морт. — Но ты оценила мое заклинание? Я наложил его так, чтобы кровавое пятно на простыне появилось под утро. Между прочим, это было непросто.

— Твоя чудо-простыня чуть все не испортила! Постирай ее, пока никто не увидел.

— Вот так всегда - хочешь помочь человеку, а он тебе за это... эх...

Морт махнул на меня рукой, вытащил из-под кровати простыню и поплелся с ней в ванну.

Если он думал вызвать у меня сочувствие, то просчитался. Я наоборот воспользовалась его отсутствием и позавтракала в одиночестве. Красота.

Сразу после завтрака ко мне зашел лекарь - проверил мое состояние и смазал запястья заживляющим кремом. Видимо, его прислал Азриэл. Надо же, нашел время перед советом, на который опаздывал, позаботиться обо мне.

Я решила, что зря себя накрутила с этим убийством. Наверняка Анастейша погибла случайно. Кому, в самом деле, могла помешать девушка? У нее не было ничего ценного, а в ней самой - ничего особенного. В общем, я почти успокоилась.

После ухода лекаря мы развесили выстиранную Мортом простыню перед камином в спальне. Особо заняться было нечем, и я попросила парня научить меня читать на их языке.

— Для чего? — удивился он. — Ты же скоро вернешься домой?

Вопрос Морта застал врасплох. Проблема в том, что я сама не знала на него ответ. Я точно не собиралась задерживаться в Аллории. Не мой это мир. Но вот письма Азриэля... я бы не отказалась прочесть их еще раз, самостоятельно. Зачем мне это? Ума не приложу. Но я бы забрала эти письма домой, перечитывала тоскливыми осенними вечерами и вспомнила, что есть в мире вот такая любовь. Пусть и в чужом.

В конце концов, Морт согласился помочь. Ему даже пришлась по вкусу роль учителя. Надо сказать, объяснял он все толково. Да и язык Аллории не сильно отличался от нашего. Принципы те же, разве что буквы немного другие."

"За один урок чужой язык, конечно, не выучишь, но я прилично продвинулась. В том числе благодаря знанию разговорной речи.