В ответ Барнабас применил на мне фирменный взгляд некроманта. Я бы назвала его мефистофельским - тяжелый, пронизывающий. Но меня не проняло.

Опоздал он с запугиванием, я уже знала, что этот конкретный некромант совсем не страшный. А не надо было снимать черепа. С ними еще могло сработать.

Осознав, что взгляд не действует, Барнабас вздохнул и признался:

— Так сходу я не могу сказать, получится отправить тебя обратно или нет. Надо проверить.

— Проверяйте, — кивнула я. — Кажется, вы говорили, что для этого требуется моя кровь.

— Именно так, — Барнабас вытащил из рукава уже знакомую костяную иглу.

У Морта точно такая же.

Барнабас уколол мне палец иглой и капнул мою кровь в медное блюдце. Добавил туда щепотку каких-то вонючих трав, что-то пошептал, а потом долго смотрел на дно блюдца. Моргать и то перестал.

Минуты шли, ничего не менялось. Я уж было подумала, что некромант банально задремал. Прямо так, с открытыми глазами.

Мое терпение подходило к концу. Что ж он тянет? Разве не видит, что я с ума схожу от волнения? Меня же сейчас кондратий хватит!

Как вдруг Барнабас передернул плечами, словно сбрасывая с себя морок.

Потом окунул палец в мою подсохшую кровь, облизнул его и пробормотал:

— Интересно.

— Что именно? — уточнила я.

— Не бери в голову, — отмахнулся некромант, но блюдце с моей кровью зажулил, думая, что я не вижу. После чего заявил: — Думаю, я могу вернуть тебя домой. Я проведу специальный ритуал, но он требует подготовки. Это займет несколько дней.

— Я готова подождать.

— Отлично, — кивнул Барнабас. — Пока ждешь, приготовь обед.

Похоже, на ближайшие дни мне отведена роль прислуги у некроманта. Что ж, я не против. Хоть так отблагодарю Барнабаса за помощь.

Пока некромант мылся, я на скорую руку сварганила суп из съестного, найденного на полках. Получилось что-то вроде нашего борща. По крайней мере, по цвету. Насчет вкуса не уверена, так как большинство местных продуктов я видела впервые в жизни.

Все складывалось не так уж плохо. Казалось бы, живи и радуйся.

Но как это сделать, когда тебя предали? Когда тобой бессовестно манипулировали, не до веселья. Особенно, если никак не получается забыть предателя.

Говорят, предать может только тот, кому доверяешь. От остальных всегда ждешь подвоха, от тех, кому доверяешь - естественно, нет.

Поэтому так больно.

Предательство убивает частичку души. Моя точно получила повреждения. Ноющая непроходящая боль в груди тому доказательство. Я не хотела страдать по Азриэлю, но ничего не могла с собой поделать.

Вот вернусь домой, и все наладится. Дома даже стены лечат. Да и некогда мне будет думать о каком-то там укротителе драконов. У меня сдача диплома на носу.

В общем, я все решила. Не учла только одного - настойчивость Азриэля и степень его желания вернуть меня.