Постепенно появились мастеровые, те, чья работа всегда была необходима для торговцев и путников. Оружейники, кожевники, кузнецы, лекари. А между тем, город у храма всех богов, уже более ста лет, как разросся во все стороны, обзавёлся огромным количеством постоянных жителей и принял сегодняшний вид.

Рассвет здесь начинался гораздо позже, чем в горных владениях Антре. Если в поместье уже было утро, то здесь луна ещё не ушла с небосвода, а горизонт уже начинал светлеть, возвещая о пробуждении солнца.

От широкой площадки портала шла удобная каменная дорога к самым ступеням храма.

Широкие ступени храма были удобны для выходцев из любого народа, даже наги преодолевали их не замечая. Статуи богов встречали приходящих спокойными улыбками и глазами полными усталой мудрости. Морина и Жива стояли по обе стороны от ствола эльфийского древа, в чьих ветвях запутались луна и солнце. Со стороны Живы, следующей статуей была Ссаарда, а соседом Морины был Торгун, бог воинов и путников.

Весь пол перед статуями был расчерчен сложными пентаграммами, силу которых я ощущала даже на расстоянии. Дайгир и Рейгар одновременно встали в сердце одной из них.

Один взмах и две порезанные ладони соприкасаются ранами, смешивая свою кровь. Оба мужчины начали выговаривать слова братской клятвы и звучали они настолько в унисон, словно они долгое время тренировались произносить клятвы хором.

— Я принимаю тебя своим братом духом и кровью, силой и плотью. Мои боги да хранят тебя, как часть меня. Мои пути да будут ведомы тебе. С этого момента и до последнего моего вздоха, мое сердце бьётся с твоим в унисон. — Эхо подхватывало каждое слово и уносило под самый купол храма.

Словно сами силы этого мира повторяли за мужчинами. — Пусть услышат меня живые и мертвые, и разнесут эту весть по всем уголкам и здесь, и по ту сторону грани. И примет мой род нового сына.

С каждым мгновением свечение линий пентаграммы становилось всё ярче. Белый свет Луны смешивался с фиолетовым сиянием силы Ссаарды. Чуть ниже плеча у обоих мужчин стали проявляться святящиеся символы, узкой вязью обхватывающие руку. Луна, покровительствующая оборотням, и богиня нагов приняли клятвы. Как только символы погасли, Рейгар и Дайгир сделали несколько шагов в мою сторону и вдруг замерли, словно споткнувшись.

— Что? — удивилась заминке я.

— Брачный круг… — Тихо произнес Дайгир.

Он не озвучивал просьбу, но в его взгляде было столько надежды. Я посмотрела на Рейгара, мой змей, волнуясь, прикусил губу. Непонятное волнение передалось и мне, словно мы и не были женаты ещё с первого дня отбора. Сама не понимая от чего, я шла к своим мужьям, чувствуя робость и слыша бешеный стук собственного сердца.