Или как тут еще принято поступать с незнакомцами? Наверное, есть способы и похлеще. Судя по всему, люди конунга Вольдемара не слишком милы при близком общении…»

– Знаешь, – сказал я, оборачиваясь к Любаве и снова беря ее за руку, – мы уже достаточно увидели. Может быть, не стоит напрасно рисковать. Давай вернемся в лес и там поговорим подробно.

Она снова не спорила со мной, и мы двинулись назад. Кое-что мне уже удалось выяснить. Древний мир это был или параллельный, но женщины здесь слушались мужчин – это точно.

* * *Промучив Любаву расспросами почти два часа, я смог понять лишь «оперативную обстановку». По моим представлениям, девушка не знала почти ничего.

Какой сейчас год?

Она не знала. Что такое год?

Какой век?"

"Удивленный взгляд в ответ и явное недоумение.

Как называется эта страна?

Страна? Это земля полочан. Полочане живут здесь издавна. Всегда, наверное. Владеет полочанами князь, который живет в городище Полоцке, его зовут Рогвольд.

Полоцк далеко отсюда?

Один день пути.

А какие народы живут поблизости?

– Другие… – Любава задумалась, а потом нерешительно перечислила: – Кривичи, а с другой стороны – радимичи и дреговичи. А дальше уже поляне, и у них город Киев, где сидит князь Ярополк, законный сын князя Святослава. А конунг Вольдемар его сводный брат, тоже сын Святослава, но не от жены – княгини, а от Малуши, это каждый знает.

– Кто такая Малуша?

– Ключница князя Святослава, – презрительно пожала плечами Любава. – Вроде меня. Я тоже могла бы родить сына князю Рогвольду, но от этого мой сын не стал бы потом полоцким князем. Мало ли у каждого князя женщин, родивших от него детей…

Я посмотрел на Любаву, и вдруг мне стало интересно.

– Ты ведь – ключница Рогвольда? – спросил я. – И ты тоже спишь с ним? Ну, как та Малуша со Святославом?

Задав этот вопрос, я тут же обругал себя.

«Ты дурак, Володя, – сказал я себе. – Ты попал в жуткий переплет, и бог весть, что с тобой теперь будет. А ты интересуешься всякими глупостями!»

Но Любава нисколько не смутилась.

– Рогвольд был старый, – грустно ответила она. – Он не мог спать с женщинами. Теперь Вольдемар убил его.

Это показалось мне любопытным. Приходилось читать о том, что в древности, да и позже, в диких племенах было принято убивать старого вождя, утратившего мужскую силу. Считалось, что раз вождь не может спать с женщинами, то и сражаться уже тоже не способен. А раз так, то он не может быть вождем. А раз не может оставаться вождем, то его надо убить. Чтобы бывший вождь не мозолил глаза новому, полному сил.

Железная логика, между прочим. С точки зрения диких племен, просто безукоризненно логично и высокоморально.