Маша, знакомясь с Багровским и будучи наслышана про его личность и криминальное прошлое семьи, относилась к нему крайне настороженно. Не добавляло ему плюсов и её личное восприятие мужчины. Не считая Сергея… Маша мысленно поперхнулась, вспомнив предателя. Про него она точно сейчас думать не будет! Только его не хватало. Да даже и Сергей! И что? Откровенность с собой была принципиальная черта Маши. Сергей по сравнению с Владом — никчемная тень мужчины. Не в плане того, что кто может и какими возможностями обладает, а в плане реакции Маши на них.

Маша снова посмотрела на Влада. Неправильно она на него реагировала. Бежать ей от него надо. Со всех ног.

Он в ней пробуждал то, чего она порой стеснялась, насмотревшись на пьяные слезы матери.

«Сломанная я, Машуль, понимаешь? Сломанная. Мне секса надо. И много. Нимфоманка я чертова…»

Откровение между ними тоже было. Маша бы без секундного колебания назвала маму лучшей подругой. Они много беседовали, о сексе тоже.

Единственное табу — прошлое Веры. И результат его — Маша. Родить в пятнадцать лет, оставить ребенка, не отказаться от него — дорогого стоит. Маша и представить не могла, с чем сталкивалась Вера. Как выживала с маленьким ребенком на руках. Сама недалеко от ребенка уйдя.

И тут Машу полоснула новая мысль.

Получается, её отцом был кто-то из насильников.

Нет-нет-нет…

Не думать!

Нет у неё отца!

И не было никогда.

Есть только мама. Больная. Несчастная. Боец, что никогда не сдавалась, находя отдушину в череде мужчин и алкоголе. При этом Вера не скатывалась в алкогольную зависимость, умела вовремя остановиться. Потому что у неё была Маша.

— Значит, я ошибся.

Негромкий голос Влада вытащил её из мыслей, вернул к действительности. К их тяжелому разговору.

— Да. Влад…ещё раз спасибо, что рассказал.

— Ты тоже откровенна. Я удивлен.

Маша грустно улыбнулась и покачала головой.

— Ты лукавишь. Ни за что не поверю, что ты начал рассказ, не рассчитывая получить от меня откровений в ответ.

— Рассчитывал.

Ещё одна характерная черта Багровского — всегда четко отвечать на поставленный вопрос. Он честен с ней. Это подкупало.

И это тоже плохо.

Маша не хотела видеть в нем никаких положительных черт.

— Особенная.

Как же ей не нравится, когда он её так называет! Да ещё и с легким придыханием.

— Что, Влад?

Ей хотелось домой. Не в квартиру Влада, а туда, где тепло и уютно. Где нет посторонних.

Хотя собственного дома у них с мамой никогда и не было. Всегда жили в съемном жилье.

— Ты говоришь, что устала. Я тоже это вижу. Предлагаю небольшое перемирие. У меня есть загородный комплекс. Поехали со мной туда на пару — тройку дней. Стой, не спеши вскакивать и гордо заявлять «нет». Я не буду на тебя давить. Мне самому не помешает немного развеяться.