Я уже примерно понимаю, что выберет бугай, а он знает, от чего я буду закатывать глаза под потолок. Управились за три минуты — тележка пополнилась пластиковыми полупрозрачными снежинками (выбор Морозова) и простыми, но очень стильными игрушками в виде свечек (я настояла).

— Теперь?..

— Все!

— Я бы выпил ради такого дела, но за рулем. И тебе не нравится, когда я бухой. Но можем ведь, когда хотим!"

"Я не тороплюсь с ним соглашаться, потому что впереди замаячила касса. И вот этот бой может и правда стать последним.

— Вик, я плачу. Просто прими это, как снег зимой.

 — Морозов совершенно верно истолковал мой взгляд. — Ты никогда не будешь ни за что платить, пока я рядом. Исчезнуть ты меня не заставишь. Если только сам уйду. Все ясно?

На нас оборачиваются, я ловлю заинтересованные женские взгляды, которые, быстро просканировав меня, останавливаются на Морозове. Он решил, похоже, собрать аудиторию: речь свою толкал в самом центре «сцены» рядом с кассами, где и так все снуют. Такое ощущение, что его слышали по меньшей мере человек десять — пятнадцать.

Я не сразу отвечаю, хотя напряженное лицо бугая выдает нетерпение, он точно ждет моих слов.

— Ладно, — произношу я и вижу безмерное удивление в глазах Морозова. Да я и сама в шоке от своего ответа. Просто не хотелось портить эту поездку. — Но однажды я верну тебе эти деньги. Я их занимаю.

— Смотри на процентах не разорись! — хохотнул довольный парень. — С сыном банкира сделку заключаешь. Это почти как с дьяволом. Только хуже.

— Не разорюсь, за себя побеспокойся лучше.

Морозов сам вытаскивает на прилавок все наши находки, еще раз придирчиво рассматривает каждую коробку и только после этого отдает их кассирше.

Я точно запомнила сумму, которую Саша потратил, и обязательно верну ему эти деньги. Не сейчас, но со временем. А пока пусть считает, что все идет так, как хочет он.

За подарками, видимо, завтра ехать придется. Сегодня мой внутренний лимит на магазины исчерпан. Так что пакеты сгружены на заднее сиденье, и Морозов везет нас обратно, а я запоздало начинаю думать, как все же объяснить папе появление в нашем доме не только елки, но и всего ее дорогостоящего «снаряжения». Он точно рад не будет.

— О чем задумалась? — Сводный братец вытаскивает меня из мыслей об отце.

 — Сейчас сразу наряжать будем.

— Ага! И очень быстро, — легко соглашаюсь, потому что вижу пропущенный звонок от папы час назад, а следом за ним — сообщение. Он вернется сегодня раньше домой, намного раньше, примерно в пять вечера. У нас с Морозовым есть несколько часов. Успеем.

Быстро набираю отцу и слышу металлический голос, что «абонент недоступен». Может, в метро? Хотя вряд ли, рано еще. Скорее всего, телефон разрядился, а он и не заметил.