Тогда не пришлось бы сейчас пожимать плечами и молча натягивать на себя куртку. Глупо отказываться от его предложения. Главное, чтобы быстро довез до универа. Обратно я сама доберусь, без его помощи. Еще одна зарубочка на носу — больше не пить вместе с бугаем! Но шампанское оказалось нереально вкусным, раньше такого не пробовала. Шампанское!

— Сколько ты выпил, Саш? Правда сядешь за руль?

Я наконец понимаю, что меня еще смущало в его предложении. Алкоголь. Шампанское — не водка, чтобы срубить такого лося, как Морозов, или хотя бы снизить его координацию.

В парня надо влить если не ведро, то хотя бы литра два-три «шампуня». А по моим наблюдениям, пила в основном я.

Словно услышав мои мысли, бугай молча отдает мне бутылку. Она тяжелая. И не только из-за толстого стекла — в ней осталось много жидкости.

— Я сделал пару маленьких глотков, — спокойным тоном, с котором сложно спорить, произносит Морозов. — Чисто номинально. Я трезв, Вика. Я никогда не подставлю твою и свою безопасность. Можешь спокойно садиться в машину.

Он обманывал меня раньше. И не раз, если уж на то пошло.

И это сложно простить. Но, при всех своих недостатках, Саша точно не идиот, я с ним ездила уже в машине, знаю, как он водит. В этом ему можно доверять.

— Ладно, — отвечаю я после почти минутной паузы. — Только ты остановишь машину сразу же, если я решу дальше добираться без тебя."

"— Договорились. Ты, кстати, точно все взяла? Документы, паспорт… Как сама?

Морозов придирчиво разглядывает меня, а я чувствую себя маленькой неразумной девочкой, которую распекает то ли старший брат, то ли учитель. Так не пойдет.

— Саша, чувствую себя отлично. И, если хочешь мне помочь, не задавай вопросы, просто отвези, пожалуйста, в центр. И все.

— Я обещал быть хорошим. Но тебе это особо не нужно, да? Почему ты такая колючая? Алкоголь должен расслаблять, а ты опять еж, иглы свои выставила. Или это реакция персонально на меня?

Молча отпираю замки на двери и выхожу на лестничную площадку. Спорить с Морозовым сейчас бессмысленно, я не хочу ругани. Просто обозначаю свои границы. В очередной раз. Потому что он их снова нарушает.

На улице морозно, еще светло, но всего пара часов — и будет темнеть.

От холода быстрее проясняется в голове, я совершенно точно не хочу прямо сейчас садиться в машину. Это очень важный день. Я его обязательно запомню. Возможно, он окажется более значимым для меня, чем день поступления на первый курс. Тогда все было по-другому. Даже не верится в реальность прошлой жизни. Тогда все казалось правильным, единственно верным. Жизнь была понятна и четко распланирована на десять — пятнадцать лет вперед.