То, что я выяснил… в общем, ей нужно лишь отойти в сторону и быть просто любящей женой моему отцу.

— Расскажешь все ему?

Я по-прежнему прижимаю к груди папку, просто не могу ее отдать Морозову.

— Пока нет. Сначала с Ольгой поговорю.

— Она не уйдет. Для нее это смысл жизни, понимаешь?

— Тем хуже для нее. Она твоя мать, я понимаю, пусть и еще несколько недель назад ты категорически отказывалась с ней общаться…

— Я и сейчас отказываюсь, но я не хочу, чтобы ты гробил ей жизнь!

— Разве я это делаю? — Он вот-вот начнет терять терпение, да и я тоже. — Я подделал документы? Оболгал ее? Подставил? Вика, это мой банк, моей семьи.

Как акционер, я несу за него ответственность, вплоть до уголовной. Это если ты не знаешь. Что бы сделала ты на моем месте?

— Если все правда, что ты говоришь, — уволила бы сразу, — честно признаюсь я. — Без разговоров.

— Ну а я хочу сначала Ольгу послушать. Я не сделаю ничего такого, за что мне было бы стыдно. И тебе тоже. Обещаю. Верь мне, Вика. Пожалуйста.

— Я хочу знать, что она тебе скажет.

— Хорошо, — на удивление легко соглашается он. — Но участвовать ты в этом не будешь.

Договорились?

Молча киваю и возвращаюсь обратно в кровать. Папку на диван я положила еще несколько минут назад.

— Вик, — доносится мне в спину, — ты бы открыла папку, если бы я не проснулся?

— Я не знаю, Саша, но я рада, что ты проснулся. И рассказал.

Странно, но после этого разговора я заснула за секунды. Даже ничего не снилось.

А утром мне показалось, что и наша ночная беседа просто приснилась, что на самом деле ее не было. Морозов, как обычно, хохмил, проглотил на завтрак четверть холодильника и, не слушая возражения, заявил, что отвезет меня в универ.

— Я эти дни, пока тебя не было, прекрасно добиралась сама.

— А теперь будешь прекрасно добираться со мной. Вика, это не обсуждается. Сэкономишь полчаса, мы сэкономим, — поправляется он и усаживает меня к себе на колени. — Вик, я не накосячу. Клянусь тебе. Но я должен это сделать. Понимаешь?

— Понимаю.

— Я тебе все расскажу."

"Но он не рассказал. Ни вечером, ни на следующий день. Больше недели прошло, а ничего не изменилось. Я точно знаю, что он с ней еще не говорил, — мама позвонила десять минут назад, находясь в прекрасном расположении духа.

Сначала был монолог о том, как оживился филиал с ее приходом, что Элеонора не принимает ни одного решения, не посоветовавшись с ней, что всего за две недели она привлекла двух очень крупных новых клиентов. А потом сказала, что давно меня не видела и что работа не повод забывать о дочери. И что на днях обязательно заедет к нам в гости. Кстати, она присматривает новую квартиру для себя и Константина. Ведь, как и планировала, жить они будут в Москве.

— Вика, я в среду буду, заеду после обеда.