Это несерьезно, вы не дети уже.
Конечно, не дети. Но наши отношения слишком нестабильны, чтобы впускать в них еще и маму с ее мужем. И потом мама — это не папа, деликатно стоять в стороне она не будет. Про отца Морозова я вообще молчу. Понятия не имею, как он отреагирует. Саша говорил, чтобы я не волновалась, что он со всем разберется, если будут сложности. Только мои проблемы с мамой вряд ли кто разрешит, кроме меня. А еще подмывает спросить уже у моего папы про эту Алену, но он вряд ли скажет. Внешне спокоен и даже рад. Только я, стоя с ними около подъезда, заметила то, что раньше наверняка понял и просек Морозов: Алена смотрела на папу как на своего мужчину.
— Я поговорю с мамой, если будет такая необходимость, — наконец отвечаю я. — Спасибо, что предупредил. А теперь попьем чая? Расскажешь, как продвигается работа? Вы с Аленой вместе, получается, расписываете стены?
Утром просыпаюсь от звука поворачивающегося ключа в дверном замке.
Душ бодрит, выбивает из тела остатки сна, а вот завтракать еще рано, но самое время немного постоять на голове, привести в порядок мысли и эмоции.
Я уже минуты три рассматриваю фотку в вотсапе. Увеличивала ее несколько раз. Надо на ноут перегнать, там экран больше, лучше видно будет. Не успеваю ничего сделать, потому что кое-кто легок на помине. А на часах всего восемь. Сам-то как спал, интересно?
— Понравилось? — без приветствия интересуется самодовольным тоном Морозов.
— Понравилось, — признаю очевидное. — Очень. А почему ниже пояса не снял? Места на экране не хватило?
— Все остальное не уместилось. Но я могу приехать, и ты попробуешь сама все уместить.
— Пошлые шутки у тебя, Морозов, но селфи и правда классное.
— Не жалеешь, что у меня не осталась прошлой ночью? Я плохо спал. Хрень какая-то снилась.
— Не жалею и жалею одновременно. Папа сказал, наши родители скоро приезжают.


















Комментарии
Добавить комментарий