Хотя нет, я даже не разгляжу, попал или нет, такие мелочи на такой дистанции даже восемнадцатикратник не покажет. И ветер опять же чуть изменится и все эти девять сантиметров…

Странное спокойствие, нервы как вовсе отключились. Наши близко, позиция хорошая, винтовка точная, пулеметчик скончался. Ощущение, что держишь все под контролем.

А где тот, что пулеметчика утащил? И сам пулеметчик? Да в дом через заднюю дверь заволок, понятное дело, там проще всего помощь оказывать. Куда я ему попал, интересно? И ведь удачно, он точно в бронике должен быть, потому что вот этот второй, что рядом лежит, которого гиена жрать начала, как раз в хорошем плейт-карриере. Просто когда я стрелял, он в мою сторону головой был повернут, вот пуля практически сверху в него и вошла. А пулеметчик стоял в кузове, то есть как раз главной панелью ко мне был повернут.

Ладно, попробую сам до патруля докричаться.

Осторожно и медленно вытащил рацию, переключился на частоту:

– Патруль, как слышите? Это мы вас вызывали. Патруль, как принимаете?

– Слышно хорошо, – откликнулся мужской голос. – Обозначьте себя, мы на подходе.

– Банда находится в доме и еще двое за домом, в траве, по другую сторону от вас. У дома три машины. У них раненый, тяжелый. Нас двое, женщина и мужчина, находимся на высотке слева от дороги, семьсот метров от дома.

– Принял, мы на подходе.

– Лучше всего держите прямо на высотку, на вершину, с нее сектор обстрела хороший, когда будете близко, мы обозначимся.

Еще бы и поверил, а не решил, что мы тут сами бандитская засада.

– Как обозначитесь?

– Я встану и буду махать руками, как еще?

– Принял, – ответили со смешком."

"Точку в облачке пыли я увидел через пару минут, а затем точка превратилась в машинку, а машинка выросла в уже знакомый рейдовый «Унимог» с броней и масксетью по кругу, ощетинившийся пулеметами.

– Мы на одиннадцать часов от вас, поднимаюсь!

– Обозначайтесь.

Наплевав на все возможные опасности, я вскочил и отчаянно засемафорил руками. Машина тут же изменила курс и пошла прямо на меня, приминая высокую траву. И вскоре, фырча дизелем и хрустнув примятой травой, остановилась рядом, обдав запахом горячей резины и солярного выхлопа.

– Сам дом, в нем четверо, и двое в траве левей, метрах в пятидесяти! – крикнул я сидевшему на командирском месте сержанту. – Машины, не разнесите их, если возможно!

С «Унимога» почти сразу заработало три пулемета, все по траве. Гулко, как в барабан, грохотал крупнокалиберный, а ему вторили два единых. Не по цели, а так, для поднятия настроения у противника. Трассы шли вразброс, но лежать там я бы сейчас не хотел, плотность огня огромная, а на всех пулеметах оптика. Я тут же завалился за свою винтовку, взяв на прицел окна.