А еще ведь соседка слева орет так, что оглохнуть можно.

– Любочка, ты мне еще шипучки подлей! Вкусная она у вас. Что за марка, кстати? Никак Дом Периньон? – заливается, как будто шутка и впрямь получилась удачной.

По случаю Нового года в Иркином салоне наливают игристое, да. Не Дом Периньон, конечно. Но вряд ли, даже покупая шампанское подешевле, Ирка рассчитывала, что кто-то из ее клиенток сподобится вылакать бутылку в одно рыло. А эта ничего, вон, справляется. Переглядываемся с Коршуновой и с улыбкой синхронно закатываем глаза. Во дает!

– Ой, а вот и мой Масик звонит. Да, Костечка…

– Вот так хорошо? – одновременно с этим спрашивает меня маникюрша.

– Отлично, – киваю с улыбкой я. Если честно, уже и не помню, когда мои руки выглядели так ухоженно. Надо обязательно Ирку поблагодарить. Я до того увязла в быту и безденежье, что на себя махнула рукой, а зря. Можно ведь взять побольше заказов и хотя бы иногда вот так немножечко себя баловать.

– Эй! – толкает меня в бок Коршунова.

– Что?

– Ты слышишь? Костечка!

Недоуменно моргаю. Костечка? Это она о чем? Ирка делает «страшные глаза» и кивает на ту самую соседку.

– Да-да, милый! Готовлюсь по полной. Уже вся гладенькая… Если ты понимаешь, о чем я, – опять томно хихикает. – Сейчас ноготки высушу, и можешь забирать.

Ирка играет бровями. Мол, ну?!

– Мой Костик на дежурстве, Ир. Не выдумывай, – бормочу я.

– Ну да…

– Да блин! Может, хватит?! – психую. Меня и впрямь до печенок достали их склоки. Я между мужем и лучшей подругой – как меж двух огней. Каждый пытается уличить другого в каком-нибудь непотребстве. Костик уже проел мне плешь насчет того, какая Ирка шлюха, потому что у нее никак не сложится личная жизнь. А Ирка, ничуть не отставая от моего благоверного, регулярно сношает мне мозг насчет того, какой мне достался неудачник. И вот опять на ровном месте его в чем-то обвиняет. Словно он один Константин на весь свет!

И я, конечно, все понимаю, Костик действительно не идеальный. Ну так где его, идеального, взять? Да и поздно уже. Мы с Рожковым восемь лет вместе. Из которых пять – в официальном браке. За это время было много всякого, но со временем мы с ним попритерлись. Юльку, вон, опять же, родили…

– Мама! Мама… Посмотр-р-ри, какая кр-р-расота!"

"Пока мы тут ногти пилили, в зале парикмахерской кто-то выкрасил Юльке челку в розовый цвет. Вероятно, я все же плохая мать. Ведь краска наверняка содержит токсины, которые непонятно как отразятся на неокрепшем организме ребенка, и, по-хорошему, мне бы надо озаботиться этим, а меня, по правде, гораздо больше волнует вопрос цены. Это ж во сколько мне Юлькина красота обойдется?!

– Ничего? Она выпросила, не смогла отказать, – улыбается Анечка-парикмахер, выглядывая из зала. Перевожу взгляд на довольную мордашку дочери.

– Ничего, – вздыхаю.