Но сколько ты зарабатываешь? Двадцать пять тысяч в год?

— У Гарри есть деньги. У папы. У Сьюзен.

— Ладно. Насчет денег беспокоиться не буду.

— И кстати, о лекарствах, — сказал он. — Я, ну, в общем… Косячок привез. Хочешь покурить?

— Ладно. То есть хочу. С удовольствием.

Вилл, приподняв брови, повел головой в сторону спальни Джамаля.

— Он уже видел меня под кайфом, — сказала Зои. — Что тут можно сказать? Я — одна из тех матерей, про которых пишут в газетах.

— По-моему, ты хорошая мать.

Он достал из бумажника косячок.

— Не знаю. Я стараюсь. Это труднее, чем мне казалось.

Нет, не совсем так. Труднее в разных отношениях, которые мне и в голову не приходили. Требует… большей, чем я раньше думала, человечности. Я всегда рисовала себе четкие границы, считала, будто точно знаю, что можно говорить ребенку.

Вилл раскурил косячок, затянулся, протянул его Зои. Она вытерла руки о кухонное полотенце с изображением джунглей.

— Мама особой человечностью не отличалась, тебе не кажется? — сказал Вилл. — Я не хочу сказать, что она смахивала на людоедку, но человеком в точном смысле слова не была, — я имею в виду, существом, которое просто живет и тревожится именно здесь, на этой земле.

Ты понимаешь, о чем я?

Зои затянулась, выдохнула плотный завиток дыма, и он грузно повис под лампой.

— Мама была напугана, — ответила она. — Просто, ну… просто напугана.

— Наверное. А ты… ты ей уже сообщила?

— Нет еще. Решила начать с тебя, посмотреть, что получится.

— Я-то с этим справлюсь, — сказал он. — Тебе так не кажется?

— Угум. Я знала, что ты справишься.

Он снял с разделочного стола пластмассового человечка, спросил:

— Кто это?

— Один из персонажей «Звездного пути», их Джамаль собирает.

Это доктор, забыла, как его зовут.

— Боунс. Капитан Кирк прозвал его Боунсом.

— Точно, — сказала Зои. — Он, вообще-то, не был главным персонажем. Так?

— Персонаж второго плана. Зато всегда оказывался под рукой. Был… всегда готовым прийти на помощь.

— У Джамаля они все есть. Вот, смотри, клингон.

— Вид у него страхолюдный.

— Джамаль любит пришельцев. А хорошие они или плохие, ему все равно. Вилл?

— Да?

— Кассандра тоже больна.

— О господи.

— И дольше, чем я.

У нее на ноге саркома Капоши.

— Ох.

Билл держал в руке маленького пластмассового доктора, человека, прозванного Боунсом. У доктора были маленькие черные глазки и кожа цвета использованного бактерицидного пластыря.

— А она азидотимидин не принимает? — спросил Билл.

— Попробовала. И до того ослабела, что едва на ногах держалась. Я еще и поэтому не уверена, что стану с ним связываться.

— Я не знаю, что сказать.

— Да ничего говорить и не нужно, — ответила Зои. — Я просто рада, что ты приехал.