Его собеседник вздыхает.

— Должны были. Только ты сам знаешь, в каком состоянии «Мозаика». В том секторе охранный алгоритм сработал, как надо. Но основная матрица выступила против. Инженер всё ещё жив и может покинуть сектор в любой момент. А я даже не могу просмотреть логи — нам перекрыли доступ. Матрица решила, что мы пытаемся изъять объект или уничтожить его.

— Так в чём проблема то?

Первый поднимается на ноги, возмущённо взмахивая руками.

— Ты серьёзно? «Мозаика» ведёт выгрузку во все сектора, мясо продолжает поступать. Там херова туча прорывов из реакторной зоны. Каждая матрица будет цепляться за этого идиота, как за шанс на спасение. А охранная система практически везде отсутствует. К тому же стоит ему подняться на ярус выше, от неё уже не будет толку.

— Так. Ты как-то слишком паникуешь. Нулевой ярус, это отстойник, куда выгружают всякое дерьмо. И там хаос. Он не протянет и недели.

— Так-то оно так. Только среди дерьма тоже попадаются бриллианты. Матрица нашла ему телохранителя. Дала статус и оружие. За счёт этого объект и выжил. А теперь, насколько я могу спрогнозировать, близок к тому, чтобы покинуть сектор.

Брюнет берёт со своего стола бокал, наполненный коричневой жидкостью и делает глоток.

— Хочешь? Односолодовый. Синтетика, конечно. Но лучшего у нас тут нет.

Лысый повышает тон голоса, едва ли не крича.

— Ты вообще понимаешь, что мы так хорошо устроились, только из-за состояния «Мозаики». Если они смогут запустить процессы на уровне кластера, нам сразу выдадут длинный список командировок. Прощай тогда твои напечатанные шлюхи, синтетический вискарь и стейки с кровью. Зато здравствуй запах пороха, кровь и неизбежная смерть. Даже если этот инженер просто доберётся сюда, это уже будет опасно! Включи свои мозги, Свон!

— Эй! Можно не так пафосно? Считай, ты меня убедил. Предположим, у них есть крохотный шанс выжить в пекле сошедшего с катушек нулевого яруса. Какие у тебя предложения?

Какое-то время тот молчит. Потом разжимает губы в улыбке.

— Напечатаем ещё одну твою шлюху. Ту самую, что ты последние двадцать дней готовил. Только загрузим ей в голову совсем другую модель поведения. И отправим вниз, как только будет готова.

— Израсходовать целый лимит?

Толстяк набирает воздуха в лёгкие.

— Да, мать твою, Свон! Целый лимит! И в следующий раз просматривай отчёты, когда твоё дежурство. Если бы ты удосужился обратить на это внимание, вопрос был бы давно закрыт.

Тот невозмутимо кивает.

— Конечно, Цзон. Конечно. Ладно, хрен с тобой — запускай печать. Сука, я этот образ для себя подбирал. Со вкусом, знаешь ли. Старался.

— Штампанёшь в следующий цикл. А пока попользуешься старой.