Файфа понимала, что должна была все рассказать посланцу лэрда, еще когда все случилось впервые, но что сталось бы с ней и ее бедным братом? Хотя у нее не было причин не доверять лэрду, кто знает, можно ли положиться на его слово? И тогда они снова окажутся бездомными и снова придется просить милостыню. Он даже может обвинить ее во всех этих ужасах! А ведь Рейф не выживет в одиночку! И он доволен теперешней жизнью.

Файфа хорошо помнила, каково им пришлось, когда брат выбросил их из дома, поэтому молчала.

И продолжала молчать, стараясь прогнать тех, кто приходил к коттеджу, чтобы они не стали очередной жертвой госпожи.

Последний год прошел тихо и мирно, но только вот появился вдруг сэр Удолф Уоттесон. Конечно, мужчина он видный, но госпожа любила молодых, красивых и сладострастных, а он не был ни молод, ни красив. И все же вид обнаженного тела подогрел ее интерес. Файфа должна была признать, что мужское достоинство у него немаленькое. Этим Господь Бог, несомненно, вознаградил сэра Удолфа за все его остальные недостатки.

Прошло несколько дней, и, похоже, сытная еда и хороший уход возымели результаты. Простуда прошла, плечо заживало, но он не знал покоя и сна, торопясь снова пуститься в путь.

— Одолжите мне лошадь, — попросил он Файфу.

— У нас нет лошади. Нам повсюду приходится ходить пешком, — пояснила служанка.

Узнав о настроении гостя, госпожа решила нанести ему визит. Файфа молила Бога о том, чтобы годы и ничем не примечательная внешность сэра Удолфа уберегли его от печальной участи, но, увы, ее надежды не сбылись.

— Файфа сказала мне, что вы выздоравливаете, милорд, — приветствовала его красавица, входя в комнату и закрывая за собой дверь."

"— Мне действительно лучше, мадам, — ответил он.

 — И я ценю вашу доброту. Могу я иметь честь узнать ваше имя?

— Робена Рамзи, господин. Но мне сказали, что вы не находите себе места и торопитесь уехать.

— Я человек неугомонный, мистрис Робена. И мне пора ехать. Мое дело не терпит проволочек. Файфа сказала, что у вас нет лошадей, так что придется идти пешком.

— Это так, господин, — кивнула Робена. — Но какие важные дела призывают вас? Я могла бы скрасить ваше пребывание здесь. — Она обольстительно улыбнулась. — И заодно излечу ваши тревоги. Хотите, чтобы я это сделала?

Синие глаза впились в него, и барон вдруг почувствовал себя скорее пленником, чем гостем.

Он не знал, что ответить этой навязчивой особе.

Наконец он с глубоким вздохом ответил:

— Мадам, я благодарен вам за доброту и гостеприимство, но все же прошу вас только объяснить дорогу к Данглис-Кип и дать мне взаймы какую-нибудь одежду.

Робена на мгновение застыла.

— А зачем вам нужно попасть в Данглис-Кип? — спросила она, сузив глаза.

— У меня есть дело к лэрду.

— Какое именно? — допытывалась она.