А ну, как соберутся все вместе, да мегере Петровской тёмную устроят? Это, я вам скажу, будет для нас рядовых трудящихся большая радость и веселье. Хотя, если на Софу Гадецкую посмотреть, то мы такого праздника вряд ли дождемся. Авось остальные бабы попроще будут. Но даже если мымре этой бабы в конце концов не навешают, то муж от неё не ровен час и сам сбежит. Точно вам говорю! Я вот бабу одну знаю, у нее муж тоже поехал. Правда, не в заграницу, а в Москву. На повышение его туда перевели. Зарплата большая, перспективы офигительные, и квартиру с полным фаршем фирма за свой счёт снимает.

Чего не поехать? Вот он и поехал. А жене его, ну, моей знакомой бабе, жопу свою с места было никак не отодрать. У нее, видите ли, тут в Питере у нас и родители, и подруги, и дети. Дети, правда, взрослые уже, так что не считаются. Но куда ж в Москву без подруг и родителей? Нет, без этого караван-сарая бабе никак нельзя. С кем она там в Москве лясы точить будет, да по кафе рассиживать? Вот она и осталась дома. Он, значит, у станка в Москве, а она на жопе своей в Питере. Мол, самолеты летают, слава богу, поезда туда-сюда ездют. Они, поезда эти, которые «Сапсаны», специально для таких баб ленивых придуманы. Для того, чтобы мужик, отмантуливши в Москве целую неделю, садился бы на этот «Сапсан» и мчался бы к своей крале ненаглядной, вместе с подругами и родителями к малой родине присосавшейся точно клещ. Попрыгал бы вокруг жены пару дней фейерверком, устроил бы ей праздник, кафе, рестораны, шопинг, сексинг и назад бы к своему станку печатному московскому убрался. Без станка-то никак нельзя! Ведь жена без висюлек разных драгоценных да без колец бриллиантовых тоже никак не может, как без подруг и родителей. Шубы опять же, куда ж бабе без шуб-то? Вон, у некоторых аж цельный специальный холодильник для этих шуб имеется. Машину тоже бабе вынь, да положь! Как она без машины? Не на метро же приличной женщине, в конце концов, и не в маршрутках ездить! А машина, знамо дело, должна быть не хуже, чем у подруг. Нет, вру! Гораздо лучше должна эта машина быть, иначе подруги завидовать вдруг перестанут! Вот он, значит, там мантулит, а она тут по фитнесам скачет, к встрече с дорогим супругом готовится, в салонах разных грязью мажется, массажи массажирует, по косметологам ходит, уколы омолаживающие себе в рожу колет, да с подругами разлюбезными по кафе сидит новыми бриллиантами похваляется. Только дура башкой своей тупой не понимает, что пока он там мантулит, вокруг него секретарши разные вьются. Конечно, не такие, как Надежда наша, секретарша Гадецкого. Наша-то и коня на скаку, и в горящую избу, и Гадецкого из-под обстрела на себе, если что, вынесет. Надежду Гадецкому явно Соня сама подбирала. Не совсем дура всё-таки, соображает иногда.