— Как вы себя чувствуете? — я посмотрела на двух бледных сеньоров. Даже тот, что в свое время свысока посматривал на меня, сейчас уже не выглядел таким надменным. Сбили им спесь бродячие собаки и тот факт, что они лежали лишь в исподнем на столе в пекарне.

Кстати, насчет пекарни. Я достала масло и поставила нагреваться воду. Перемыла использованные не по назначению столы несколько раз. Заварила чай, нарезала хлеба, слегка подсушила его, чтобы кусочки были теплыми, и намазала несколько бутербродов. Все это я поставила перед мужчинами, и они удивленно посмотрели на меня.

— Это вам за счет заведения, — не могла не шуткануть. Давно эта фраза вертелась на языке.

— Вы безмерно щедры, — к “слуге” вернулась его любезность, а вот “господин” все сидел и поглядывал на меня как побитая собака.

— Если вы позволите, — я обратилась к “слуге”, — то я бы дала вам один совет. Уж простите, что он непрошенный.

— С радостью приму от вас любые советы, — и “слуга” улыбнулся мне. — Вы нас спасли, вылечили, доверили нам свои тайны. И принять ваш совет и прислушаться к нему — это то малое, что я могу сделать в знак благодарности, — и если б позволяли условия, он бы поклонился.

Но так как мужчина постеснялся щеголять в кальсонах передо мной, то просто кивнул. Я, кстати, спохватилась и принесла им два пледа, в которые они замотались, прикрыв голые плечи и нижнее белье.

— Так что насчет совета? — напомнил мне мужчина.

— Да, еще раз прошу прощения, если покажусь вам грубой, но с булочками вам бы завязывать. Вы так себе здоровье испортите, как и фигуру, — на слове фигура мужчина постарался сдержать улыбку. — И если вы думаете, что я переживаю: будете ли вы пользоваться успехом у дам, то глубоко ошибаетесь.

Лишний вес — это нагрузка на сердце, на суставы и все внутренние органы. Это преждевременная старость и болезни, — часть моего монолога выглядела как ворчание старой бабки, но я не могла не сказать этого всего. Не могу держать в себе. Если уж начала говорить, то надо выговориться. — Вы бы выпечку заменили орехами разными, фасолью, морской рыбой, фруктами и ягодами.

— Благодарю вас, и вы правы, — мужчина в какой-то момент перестал улыбаться, странно глянул на своего “господина”, которого он все называл другом и товарищем, и еще раз меня поблагодарил.

Второй мужчина помалкивал, и мне было так даже спокойнее.

Именно в это время в пекарню вернулись Брунхильда, Марко, которые привели Винченцо. Я сама непроизвольно расплылась в улыбке, но мужчина лишь мельком взглянул на меня. Вс его внимание было приковано к мужчинам, что попивали чай с тостами у меня на кухне.

— О, господин инквизитор! — “слуга” поприветствовал его, как давнего друга.