Любой из них мог улыбаясь и глядя в глаза, всадить тебе заточку в печень. Поэтому и там, и здесь все время нужно держать ухо востро, ни с кем не откровенничать и не расслабляться. После двух дел, в которых Иван показал себя с лучшей стороны, Земеля расслабился, и Карабанов получил гораздо больше свободы. Он теперь мог в одиночку покидать их базу и стал полноправным членом банды.

Пройдя по Сретенскому бульвару до Сретенки, Иван спустился по ней вниз до Печатникова переулка и уже там нашел нужный ему дом. Он вошел в подъезд старого дома и по широкой лестнице поднялся на третий этаж.

Подойдя к старой обшитой полопавшимся коричневым дерматином двери, увидел справа и слева два ряда звонков. Это устоявшийся для московских коммуналок обычай ­­— для каждого жильца коммуналки свой отдельный звонок, который зачастую был проведен прямо в нужную комнату. Он выбрал нижний на левой стороне и нажал на кнопку указательным пальцем. Где-то вдалеке за входной дверью противно и пронзительно зазвенело. Иван немного подождал и нажал еще. Из-за двери в ответ на вторую трель звонка послышался визгливый женский голос.

— Инга, шалава! Чего не открываешь? К тебе же пришли, звонят, тарабанят, приличным людям спать не дают.

— А нечего в обед спать. Ты теть Маш, рот свой понапрасну не разевай, а то тут в коридоре сквозняк, гляди так и кишки простудишь, — с легкой издевкой сказала Инга, открывая дверь Ивану.

Девушка была одета в красивый шелковый домашний халатик, доходящий до колен ее стройных белых ног. Блестящие черные волосы Инги рассыпались по плечам, придавая ей какой-то нереально колдовской вид на контрасте с накрашенными ярко красной помадой пухлыми чувственными губами.

— Выросла проститутка, покоя от тебя нет, — не унималась сухонькая женщина в очках, с серыми волосами собранными сзади в мышиный хвостик, на вид лет пятидесяти. — Видела бы тебя твоя бабушка, как ты сюда мужиков таскаешь, она бы тебя саму за волосы оттаскала.

— А тебе что завидно, теть Маш? — Еще сильнее ухмыльнулась Инга, пропуская внутрь смутившегося Ивана, ставшего невольным свидетелем соседской перепалки. — У тебя мужика просто давно нее было, вот ты и злющая как старая ведьма.

Займись лучше своей личной жизнью и не лезь в чужую."

"Инга взяла Ивана за руку, и не слушая воплей разъяренной соседки, потащила его за собой по длинному полутемному коридору заставленному всяким хламом. Открыв выкрашенную облупленной белой краской двустворчатую дверь, она втянула его в хорошо обставленную уютную комнатку с большим разложенным и уже застеленным диваном и накрытым разной вкусной снедью столом у самого окна.