“Какого хрена ты опять выплескиваешь на меня свое дерьмо?” — мелькнула мысль. Я тихо выдохнула.

— Ты не мог бы отвалить от меня?

Он не только не отвалил, он прислонился к краю стола своей спиной, что значило одно — он рассчитывает на долгий разговор. Его безграничное самолюбие проступало во всем: в его манере держаться, одежде, и наглости, с которой он каждый раз унижал меня.

— Я просто хочу понять. — произнес он, рассматривая меня. — У тебя есть какой-то более удачный кандидат в мужья? Нет, Ассоль? Или ты набиваешь себе цену? — на этих словах я развернулась и решительно пошла подальше от этого придурка. А он последовал за мной. Черт. Я хотела найти место, в котором смогу наорать на него без косых взглядов. — Ты ведь не такая симпатичная, чтобы я за тобой бегал. С омегами не сравнишься. Просто скажи, сколько еще собираешься выпендриваться? Может, я пойду тебе даже навстречу. Сделаю вид, что мне нравится ухаживать за тобой."

"Я толкнула дверь в помещения, предназначенные для персонала. Здесь горел свет, но было сейчас пусто и тихо, поэтому мои шаги отдавались эхом.

Я хотела завернуть в следующую комнату, но внезапно мою руку перехватили и резко толкнули к стене. Я зашипела от боли — настолько сильно Алекс сжал пальцы. Наверняка останутся синяки.

— Ублюдок, мне больно!

— Ассоль. — он прижал меня к стене, склонив голову и говоря это тихим, низким голосом. От него мурашки пробежали по спине. Его поступки все хуже и хуже. Я даже не знаю, на что этот ублюдок способен еще. — Ты не выйдешь ни за кого другого, кроме меня. Ясно тебе? Наследие твоего отца слишком хорошее, чтобы досталось кому-то другому.

— Я в курсе твоих амбиций, урод. — я поморщилась, пытаясь выкрутить руку. Но он держал крепко, как в тисках. — Поэтому никогда этого не случится.

— Ты уверена? — его вторая рука проскользнула мне на бедро и сжала его. — Ассоль, есть много способов добиться этого без твоего согласия. Если ты забеременеешь от меня, угадай, как поступит твой отец?

Я ощутила страх от его слов. Их семья вся была такая — готовая на все, лишь бы подняться выше и еще выше. Совершенно беспринципные, жестокие, подлые и двуличные. Но простые люди их обожали. Все-таки, им не нравилось это неравенство в обществе, где альфы владели почти всем, поэтому совершенно обычные люди, которые добились высокого положения, были обречены на такое внимание и любовь. Я одна из немногих, кто видел отчетливо их истинное, уродливое лицо.

Честно говоря, из-за их беспринципности, их даже опасались более слабые семьи альф и омег.

— Отпусти, Алекс. — вырвалось у меня с холодом.

Он резко разжал пальцы, видимо, посчитав, что с меня хватит давления.

— В следующий раз ты примешь любое приглашение от меня, Ассоль. Если ты, конечно, не хочешь неприятностей.