Мы с Финном тем временем обошли его тётю и уже бодро доковыляли до выхода, сопровождаемые стражей, что убеждала меня, что произошло просто недоразумение

— Дальше мы сами, — я слабо улыбнулась стражнику, показывая, что не буду закатывать скандала, и мы начали спускаться по ступенькам.

Слишком медленно. Слишком. Но торопиться нельзя — я же показательно упала, повредила бедро.

За нами послышался громкий хлопок дверью — это дядя Финна вышел из здания банка и теперь быстро спускался по лестнице, а за ним — его суетящаяся жена.

— А ну стой, сопляк! — крикнул он нам.

— Мистер Гардинер! — стражник, оказывается, всё ещё стоял в дверях.

Это заставило дядю Финна замолчать, но ненадолго. Стоило ему оказаться ближе, как он вновь заговорил — уже тихо, шёпотом, как змея, так, что стражник не слышал.

Зато мы — слышали.

— А ты куда более наглая и живучая тварь, чем я ожидал. Внешность — невинной куколки, а на деле — вшивая приспособленка. Раздвинула ноги для Финна, облапошила его, украла все деньги лавки. А теперь ещё и для принца раздвинула..

Спокойно, Мио. Спокойно.

Внутри всё дрожало от гнева и несправедливости, но я понимала что он говорит это только потому, что проиграл сегодня — а завтра уже будет поздно. Банк вряд ли станет снимать деньги с ячейки личного ритуалиста Его Высочества.

— Заткнись! — грубо ответил ему Финн. — Мио благородная и достойная. Она — прекрасный маг, лучший ритуалист из всех, кого я знаю!

Бедный Финн. В день смерти отца ему приходится проходить через такое.

— Не вижу ничего вшивого в том, чтобы забирать честно заработанное, — ядовито рассмеялась я. — В конце концов, это не я пытаюсь украсть годы труда у собственного племянника в день смерти его отца.

Дядя Финна набрал в грудь воздуха, словно собирался разразиться целой бранной тирадой, но его жена положила руку ему на плечо, показывая на стражника, что всё так же наблюдал за нами.

— Когда придёшь домой, будешь ползать на коленях, сопляк. Слизняк… Потерять деньги семьи! Эта девка попользовалась тобой и получила, что ей надо, а ты теперь за каждую крошку еды будешь работать, будешь вымаливать крышу...

Дядя Финна не закончил свою речь.

У меня перед глазами всё покраснело, в ушах стоял звон, тело окатило волной огня.

Ярость, казалось, сжигала меня изнутри, затмевала сознание.

Когда я вновь смогла видеть, все находились в потрясении и оцепенении, а дядя Финна вместе с женой отшатнулись от нас на добрый десяток шагов.

Даже стражник, наблюдавший за нами, казался потерянным.

— Что случилось? — хрипло спросила я.

В это время родственники друга начали бесшумно уходить, смотря на меня как на сумасшедшую и опасную особу.

— Финн?

— Ты рычала, Мио. Как… зверь.