Вероника никогда не матерится, потому что ей это отвратительно. У Милады Смоляковой многомиллионная армия фанатов, Ника для них своя. И вообще, она такая простая, обычная, с бутербродом в зубах, без мужа, с неустроенной личной жизнью. Не стесняется изъянов фигуры, не ходит в фитнес, не сидит на диете. Может лопать в кровати мороженое. Сбегает на свидание и потом пишет: «Опять дурой выглядела! Нацепила новые туфли, натерла ноги, захромала. Еще один мужик потерян». И фото туфель крупно. Она гениальна. Ей верят. Ника кажется подписчикам родной, близкой, понятной, у них с ней одинаковые проблемы, мечты, надежды.
Боря замолчал.
Глава 26
Я провел ладонью по скатерти.
– И почему у меня возникло ощущение, что вы хотите продолжить: «Но это лишь хорошо разыгранный спектакль».
– Вы правы, – согласился Борис, – соцсети превратились в витрину успешности, богатства. А Вероника сделала ставку на якобы естественность: «Да, я такая, не нравлюсь, не заходите в мой аккаунт». Как правило, человек в соцсетях рано или поздно раскрывает свою сущность. Кое-кто старательно изображает из себя белого-пушистого, а потом не выдерживает и разражается гневным обличением всего мира.
– Так, – протянул я.
– Но кое-что меня насторожило, – продолжал Борис, – ее прическа и очки.
– Что с ними не так? – спросил я.
Помощник опять открыл «Инстаграм» Ники.
– У блогерши волосы до линии подбородка, челка густая. Шевелюра почти всегда растрепана, пряди падают на щеки. Оправы у очков разные, но всегда массивные.
– Камуфлирует свою внешность, – кивнул я.
– Есть подозрение, что она использует фотошоп, – продолжал Боря, – но не с целью сделать себя стройной и очаровательной красавицей. Наоборот.















Комментарии
Добавить комментарий