Мою детскую кличку Элеонора всегда произносила, когда я начинал ее раздражать."

"– Вава, – повторила владелица детективного агентства, – сейчас сюда придет клиент, который меня предупредил: он желает сохранить свой визит в тайне. Сделай одолжение, испарись. Я удовлетворю твое любопытство позднее. Может быть. Когда-нибудь. Если захочу. Ступай работать.

Я отправился к своей машине, сел за руль, хотел включить мотор и увидел, как к подъезду дома быстрым шагом приближается бородатый мужчина в больших очках. Незнакомец не мог похвастаться спортивной фигурой. У него был лишний вес, что хорошо считывалось, несмотря на объемную куртку. Не знаю почему я решил, что это клиент Норы. Незнакомец подошел к двери подъезда и нажал на кнопку домофона. Теперь я имел счастье обозреть его спину. Конечно, вы можете смеяться надо мной, но спина показалась мне знакомой. Знакомая спина! Ваня, ты совсем ума лишился. Я завел машину и поехал на улицу Рокина, где жила Зинаида Тимофеевна. По дороге я позвонил Борису и попросил его найти все сведения о семье Маркиной и ее пропавшей невестке.

Глава 5

– Что-то лицо ваше мне смутно знакомо, – произнесла хозяйка. – Вы ведете программу на телевидении?

– Слава богу, нет, – улыбнулся я, – детективу нельзя искать славы, лучше оставаться незаметным.

– Элеонора сказала, что вы сын писателя. Это так? – продолжала допрос Маркина.

– Мой отец, Павел Иванович Подушкин, работал в редком для СССР жанре любовно-исторического романа, – уточнил я.

– А я дочь Тимофея Маркина, одного из основателей социалистического реализма, – повеселела Зинаида, – вы, конечно, читали его романы.

– О да, – безо всяких колебаний соврал я.

– Какой вам больше всего понравился? – прищурилась Маркина.

В моей голове всплыла фраза, которой постоянно начинал свои лекции для студентов Литинститута профессор Золотов: «Первым произведением соцреализма принято считать «Мать» Максима Горького, где показан человек, который переживает второе рождение в ходе революционной борьбы». И я сказал:

– Книга о том, как люди преображаются в эпоху великих перемен.

– Повесть «Отец», – уточнила Зинаида.

Я изобразил радость.

– Точно. Содержание книг я всегда помню, а вот с названиями беда, вылетают из головы.

– Ванечка, берите тапки, – защебетала клиентка, которая, похоже, была довольна предварительной беседой.

– Спасибо, – сказал я, глядя на весьма замызганные шлепки, – разрешите так пройти?

– Главное, ваш комфорт, – кивнула Зинаида, – но у меня два кота, Петя и Федя. Вы любите животных?

На сей раз я сказал чистую правду:

– У меня собака Демьянка.

– Мы с вами родственные души, – пришла в восторг Маркина.