* * *Мы сидим в каком-то кафе, а мои так называемые однокурсники подливают всем в стаканы какое-то пойло. Вас когда-нибудь тошнило от вида людей? Меня да, вот прямо сейчас. Нет, я не зазнайка и не привереда, просто все это можно делать по-другому. Почти всем есть восемнадцать, к чему эти подливания какой-то непонятной жидкости? Почему не купить просто бутылку нормального вина? Что за подростковые замашки? Папа всегда говорил, что лучше выпить бокал качественно напитка, нежели пить коктейли или другую дрянь. А эти постоянные уловки дрыщей незаметно меня потрогать? Нет, можно сколько угодно притворяться, что все нормально, но я уже просто не могу улыбаться и делать имбецильный вид. Пора признать, что это полное фиаско, не смогу я ни с кем дружить, кроме Ксюши. И вообще, насилие над собой- самое худшее, что может придумать человек.

Как можно тише и незаметнее покидаю компанию, сославшись на строгих родителей. Хотя в принципе это является чистой правдой. Папа не потерпит приход домой позже двенадцати. Выхожу из кафе и иду в сторону автобусной остановки, попутно вызывая такси. Сажусь на скамейку и жду. На улице темно, но люди есть, мало правда, но есть. И тут я поняла, что я по-страшному сглупила, какая дура выходит в одиннадцать вечера на остановку одна? Почему было не подождать в кафе. Где же ты раньше была, умная мысля? Как только встаю с разломанного сиденья, ко мне подходят трое ушлепков. По-другому их назвать язык не поворачивается. Господи, если меня изнасилуют, я сразу умру. Как же так, я хочу лишиться девственности с любимым, а не вот с этими!

- Лапуля, пойдем с нами. В нашей тачке будет веселее, а то я смотрю ты уже замерзаешь здесь одна.

- Спасибо, не надо, я люблю быть в холоде, в тепле у меня кожа очень быстро становится влажной, - Боже, что я несу??

- Мы тебя в другом месте увлажним. Давай, кисуля, пойдем, - один из ушлепков хватает меня сзади.

- Не трогайте меня!

-Ой, какая громкоголосая, Вадя, закрой ей рот и давай в машину.

И все, как в худших снах, какой-то урод закрывает мне потной рукой рот и тащит к машине, попутно обхватывая мое тело своей второй мерзкой рукой. Наверное, только сейчас я поняла, что это реально край, а ведь я даже еще ничего не успела сделать в своей жизни, и как назло не попрощалась со своей любимой собакой. Остатки разума еще вопят сопротивляться, я кое-как брыкаюсь, но силы не равны. Один из уродов открывает заднюю дверь машины, тот который держит меня, убирает руку с моего лица и кидает меня на сиденье. Быстро переворачиваюсь на спину и ору как резаная. Мужик не успевает закрыть дверь, так как я со всей силы дергаю ногами, попутно задевая его нос. Я даже не успеваю сообразить, куда делись двое других, думаю только об этом разъяренном мужике.