— Скорее всего, это ответная реакция организма на стресс, — ответил менее знакомый голос. — Я сейчас сделаю укол, она должна поспать.

— Она в сознании?

— Да, это защитная реакция организма, но это должно пройти. Я почувствовала слабую боль в области ноги и затем медленно провалилась в сон, где не было больше ничьих голосов, каких-либо образов, и что ещё лучше, воспоминаний…

Марк

— Кейт… — я тихо прошептал её имя, поглаживая по голове. Уже несколько часов она крепко спала. Укол доктора выполнил своё предназначение. Но я решил остаться в комнате, на случай если она проснется и ей что-нибудь понадобится.

Нежно поглаживая её волосы, которые выбились из хвоста и разметались по подушке, я смотрел в умиротворенное лицо. Что ей снилось? И снилось ли что-либо вообще?

Аккуратно приподняв голову Кейтлин, я освободил её волосы от резинки. Лицо девушки было снова таким болезненно-бледным…

Сегодняшним вечером она доставила мне немало беспокойства, мне казалось, что её волнения улеглись и ничего плохого не будет в том, если я расскажу ей, в какой стадии находилось дело Генри. Но это не было основной темой вечера, я собирался поговорить с Кейтлин о своём внезапном исчезновении около года назад, чтобы расставить все точки над «I».

Но… всё вышло несколько иначе, и теперь я сидел в её изголовье и перебирал мягкие волосы пальцами, пока она спала. И зачем только Кейт спросила про этого мерзавца Генри? Да и я тоже хорош… Мог бы отмолчаться, на крайний случай."

"Ведь только ради того, чтобы лишний раз не волновать Кейтлин нежелательными воспоминаниями, я специально урегулировал все вопросы со следователем. принеся с собой кучу бумажек от доктора Брайта о её плохом состоянии с настоятельными рекомендациями в письменном виде, что ей противопоказаны сейчас какие-либо волнения.

Следователь вошел в моё положение, не без вознаграждения, конечно, но я готов был сделать всё что угодно, заплатить сколько угодно, только бы Кейт не увидела этого подонка снова. После всего того, что он с ней сделал — решётка — это самое лучшее, что вообще могло с ним случиться.

— Моя маленькая… — сердце сжалось оттого, что ей снова приходилось переживать.

Я прилёг рядом и обнял её, как и в тот вечер, когда гроза застала нас в моём домике на пляже.

Тогда она тоже порядком заставила меня поволноваться, но это волнение было совсем другим… приятным, обволакивающим, ранее которого не доводилось испытывать. Я не ожидал от себя такого порыва чувств к этой молодой девушке, поразившей меня своей непосредственностью. Изначально я просто собирался провести с ней, может быть, неделю или две, для разнообразия. Но всё оказалось куда сложнее, чем я мог предположить. Она оказалась не такой, какими было большинство моих бывших подружек.