Моррис слегка нахмурился.

– Знаю, что вы подумали, – сказал Фарли. – Ну и бардак!

– Нет, я только…

– Да нет, у нас и правда бедлам. Но мы справляемся с работой в срок, уверяю вас. – Он указал на один из столов. – Вот стол Гарри – рядом с БАПом.

– Что такое БАП?

Фарли кивнул на огромную металлическую конструкцию, напоминавшую паука.

– БАП означает: безнадежно автоматический пинг-понгист. – Он ухмыльнулся. – Да нет. Мы просто так шутим.

Моррис подошел к паучьей конструкции и обошел ее вокруг.

– Это штука играет в пинг-понг?

– Пока плохо, – признался Фарли, – но мы работаем над этой проблемой. Мы получили грант от министерства обороны, и условиями контракта предусмотрено создание робота, играющего в пинг-понг. Я знаю, о чем вы думаете. Вы думаете: это какая-то ерунда.

Моррис пожал плечами. Ему не нравилось, что Фарли постоянно сообщает, о чем он, Моррис, думает.

Фарли улыбнулся.

– Бог его знает, что у них на уме. Разумеется, способности у этого робота будут феноменальные. Только представьте себе: компьютер, ориентирующийся в трехмерном пространстве, при этом имеющий колоссальную мобильность, да еще обладающий способностью контактировать со сферическим предметом и посылать его в цель в соответствии с определенным заданием. Сферический предмет должен попасть между этими двумя белыми линиями, точно в площадь стола. Вряд ли они собираются использовать этот компьютер на соревнованиях по пинг-понгу, – добавил он.

Он прошел к дальней стене и открыл холодильник с большой оранжевой наклейкой «РАДИАЦИЯ» и другой, чуть пониже, – «ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА». Он вытащил из холодильника две жестянки.

– Хотите кофе?

Моррис молча смотрел на наклейки.

– Это чтобы отвадить секретарш, – пояснил Фарли и ухмыльнулся. Его веселье раздражало Морриса. Он смотрел, как Фарли насыпает кофе из банки в чашки.

Потом Моррис пошел к столу Бенсона и стал выдвигать ящики.

– А что случилось с Гарри?

– Что вы имеете в виду? – спросил Моррис. В верхнем ящике лежали канцелярские принадлежности: бумага, карандаши, лекала, ворох бумажек с заметками и колонками вычислений. Во втором ящике хранилась документация – в основном письма.

– Ну, он же был в больнице.

– Ему сделали операцию, но он сбежал. Мы пытаемся его найти.

– Да, он в последнее время какой-то не такой, – заметил Фарли.

– Угу, – отозвался Моррис, просматривая бумаги в ящике. Деловые письма, деловые письма, бланки запросов…

– А я помню, когда это с ним началось, – сказал Фарли. – Во время эпохальной недели.

Моррис оторвал взгляд от бумаг.

– Когда?

– Во время эпохальной недели. Вы какой кофе любите?

– Черный.

Фарли передал ему чашку и всыпал себе порошковые сливки.

– Эпохальная неделя – это неделя в июле 1969 года. Вы, верно, об этом ничего не знаете.