"

"– Мы попросили вас присутствовать здесь, – обратился к Бенсону Эллис, – чтобы вы ответили на ряд вопросов наших сотрудников, – он указал на полукруглые ряды, заполненные людьми в белых халатах. – Они вас не нервируют?

Эллис задал этот вопрос точно в шутку. Росс нахмурилась. Она в своей жизни побывала на сотнях конференций, и пациентов неизменно спрашивали, не нервируют ли их собравшиеся на амфитеатре врачи. На этот прямо поставленный вопрос пациенты, как правило, всегда отвечали отрицательно.

– Ну, конечно, они меня нервируют, – сказал Бенсон. – Они любого заставят занервничать.

Росс подавила улыбку. Вот молодец, подумала она.

– Представьте: если бы вы были машиной, а я бы поставил вас перед толпой инженеров, которые стали бы выяснять, какая у вас неполадка и как вас починить? Как бы вам это понравилось?

Эллис был явно ошарашен. Он провел ладонью по редеющим волосам и взглянул на Росс, а она резко мотнула головой, словно говоря: «Не надо – здесь не место исследовать психопатологию Бенсона».

– Я бы тоже занервничал, – согласился Эллис.

– Ну вот, – сказал Бенсон, – видите?!

Эллис сглотнул слюну.

Да он же нарочно тебя дразнит, подумала Росс. Не попадайся ему на крючок!

– Но ведь, – сказал Эллис, – я же не машина!

Росс вздрогнула.

– Это как посмотреть, – возразил Бенсон. – Некоторые ваши функции носят повторяющийся механический характер. С этой точки зрения их легко спрограммировать, и они относительно просты, если вы…

– Думаю, – вставая, вступила в разговор Росс, – что сейчас нам самое время послушать вопросы присутствующих.

Эллису все это явно не понравилось, но он не стал возражать, а Бенсон тоже милостиво помалкивал. Она взглянула на аудиторию, и через какое-то мгновение руку поднял мужчина.

– Мистер Бенсон, вы не могли бы рассказать нам подробнее о запахах, которые преследуют вас перед затемнениями?

– Вообще-то нет, – ответил Бенсон. – Они какие-то странные – вот и все. Они отвратительные, эти запахи, удушливые, но ни на что не похожи – если вы понимаете, что я хочу сказать. Я хочу сказать, что невозможно определить характер запахов. В моем запоминающем устройстве ничего подобного не зафиксировано.

– Вы не могли бы дать нам приблизительное описание этих запахов?

Бенсон пожал плечами.

– Может… свинячье дерьмо в скипидаре.

В аудитории поднялась еще одна рука.

– Мистер Бенсон, вы испытывали эти затемнения все чаще и чаще. Они были также и более продолжительными?

– Да, – ответил Бенсон. – Теперь они длятся часами.

– А как вы себя чувствуете после периодов затемнения?

– Тошнит.

– Вы не уточните ваши ощущения?

– Иногда я блюю. Достаточно уточнил?

Росс нахмурилась. Она понимала, что Бенсон начинает злиться.