Он назвался инженером-электриком и показал какое-то удостоверение.

– Девушки в его доме говорили, что он приходил за какими-то чертежами.

– Да, очевидно, он получил их в отделе градостроительства.

– И что это за чертежи?

– Схемы внутренних коммуникаций Университетской больницы, – ответил Андерс. – Теперь он знаком со всей системой электропроводки в вашей клинике. И что вы мне на это скажете?

Они молча переглянулись.

*** К восьми часам Росс почти засыпала на ногах. Шея сильно разболелась, началась головная боль. Она поняла, что выбора у нее больше нет, – или она поспит хоть немного, или упадет в обморок.

– Если я понадоблюсь вам, можете найти меня на этаже, – сказала она Андерсу. Она пошла по коридору Центра мимо полицейских. Росс уже не обращала на них внимания. Теперь ей казалось, что в коридорах Центра полицейские толклись бог знает с каких пор.

Она заглянула в кабинет Макферсона. Он сидел за столом, свесив голову на грудь, и дремал, издавая короткие отрывистые вздохи. Казалось, его мучают во сне кошмары. Она тихо затворила дверь.

Мимо пробежал санитар, неся на подносе переполненные окурками пепельницы и пустые кофейные чашки. Странно, что санитар занимается работой уборщицы. Это зрелище навело ее на некий вопрос, который она никак не могла сформулировать.

Неопределенность мысли продолжала ее мучить, но в конце концов она выбросила ее из головы. Она слишком устала и уже была не способна ясно мыслить. Она подошла к одному из лечебных кабинетов, заглянула внутрь и увидела, что там никого нет. Она вошла, плотно закрыла за собой дверь и легла на смотровую кушетку. И почти мгновенно заснула.

15

В холле Эллис смотрел себя в передаче одиннадцатичасовых новостей. Он включил телевизор отчасти из-за тщеславия, отчасти из-за мрачного любопытства. Здесь же находились Герхард, Ричардс и капитан Андерс.

На экране Эллис заглядывал, чуть прищурившись, в объектив камеры и отвечал на вопросы репортеров. У самого его лица маячили микрофоны, но он себе казался вполне спокойным. Это его обрадовало. И он счел свои ответы здравыми.

Репортеры задавали ему вопросы об операции, и он давал им краткие и доходчивые пояснения. Потом кто-то спросил: «А зачем нужна была эта операция?»"

"«Пациент, – отвечал Эллис, – страдает от возобновляющихся приступов агрессивного поведения. У него органическая болезнь мозга – то есть его мозг травмирован. Мы пытались его подремонтировать. Мы стремимся предотвратить акты насилия».

Никто бы не стал с этим спорить, подумал он. Даже Макферсона порадовал бы столь вежливый ответ.