Крюгер очень медленно подчинился, выпрямив свои толстые, коричневые от загара руки и высоко подняв их над головой. Я непроизвольно поднял взгляд, отвлекшись от его ног. Это дало ему возможность сделать ход.

Пинок прилетел ко мне, как бумеранг, угодив в тыльную сторону запястья. Пальцы моментально онемели. Револьвер выпал из руки и с глухим стуком упал на ковер. Мы оба прыгнули за ним и сплелись в единый клубок, нанося друг другу удары руками, ногами, головой. Я уже не обращал внимания на боль и просто кипел от ярости. Мне хотелось его прикончить.

Крюгер был словно сделан из железа.

Это было все равно как бороться с подвесным мотором. Я запустил ему пальцы в живот, но не нашел и дюйма отстающей плоти. Ударил его локтем в ребра. Это отбросило его назад, но он тут же пружинисто метнулся обратно и нанес мне удар в челюсть, который вывел меня из равновесия, что позволило ему захватить мою голову в замок, а затем умело удерживать меня на расстоянии, практически лишив возможности действовать руками.

Он хрюкнул и усилил давление. Моя голова была готова взорваться. Зрение размылось. Я беспомощно попытался ударить его.

С каким-то странным изяществом Крюгер оттанцевал вне пределов досягаемости, сжимая меня все сильнее. А потом принялся тянуть голову назад. Я понял, что еще чуть-чуть – и моя шея хрустнет. Ощутив родство с Джеффри Сэксоном, собрал все оставшиеся силы и сильно топнул каблуком ему по подъему ступни. Он вскрикнул и рефлекторно отпустил меня, потом попытался возобновить захват, но было уже поздно. Я врезал ему с ноги, так что голова у него завалилась набок, и добавил серию коротких прямых ударов в нижнюю часть живота и пах. Когда он согнулся пополам, ударил ребром ладони туда, где голова соединяется с шеей. Крюгер повалился на колени, но я не стал расслабляться – он был силен и умел. Еще удар с ноги по лицу. Теперь он окончательно упал. Я уткнул ему ногу чуть ниже переносицы. Одно быстрое нажатие, и осколки кости сделают ему лоботомию. Это оказалось излишней предосторожностью. Он вырубился.

В альпинистском рюкзаке я нашел моток толстого нейлонового шнура и связал его, пока он лежал на животе, загнув ему ноги за спину и связав их с другим отрезком шнура, которым аналогичным образом заломил назад руки.

Проверил узлы, как следует затянул и оттащил его подальше от любых предметов, которые можно было бы использовать как оружие. Подобрал «тридцать восьмой» и, держа его в руке, отправился в кухню, где намочил холодной водой полотенце."

"После того как несколько минут похлопывания мокрым полотенцем вызвали не более чем полубессознательный стон, я еще раз сходил в кухню, вытащил из посудомойки тяжелую кастрюлю для выпечки, наполнил ее водой и выплеснул ее содержимое ему на башку.