И все вместе вы составите отличную команду и станете дополнять друг друга. Ни раббата, ни мастеров я не стала просвещать, вас двоих вполне довольно.

— Мы не справимся без вас, Ваша светлость, — впервые за долгое время Грета назвала меня, как принято обращаться к герцогине, по её побледневшим щекам покатились крупные горячие слёзы.

— Ты чего расклеилась?! — Ховард, всегда такой добродушный, улыбчивый, вдруг чуть ли не зарычал на свою любимую. — Леди просто разные варианты обдумала. Всё правильно сделала, — видно было, что эти слова даются ему с трудом. Рыцарь едва заметно сглотнул ком, застрявший в горле, я сделала вид, что ничего не увидела. Постаралась сама не разреветься, держалась с трудом, в носу свербело, слёзы подступали…

— Подробные инструкции на втором листе, — справившись с эмоциями, продолжила я. — Все мои проекты, которые касаются разных мастерских, будь то артефакторы, лекари, химики, всё лежит в отдельных папках, они все подписаны. Выдать в руки главным мастерам соответствующего направления, если я не вернусь. Соберитесь, Грета, вы как никогда нужны мне, — посмотрела в глаза тихо плачущей женщине.

— Да, ваша светлость, простите. Ледюшка, вы обязаны справиться. Иначе и быть не должно! — экономка вдруг резко выпрямилась, почти до хруста в позвонках, глаза её торжествующе сверкнули, — травница наша, Нита, недавно по звёздам гадала и сказала, что расцвет Друиодра и рода Йорков ещё впереди. Потому вы ум-мереть не можете! Никак! Не пойдёте же против воли звёзд!

— Нет, конечно! — я вдруг развеселилась, на душе посветлело. — Где я и где звёзды! Не мне с ними спорить.

— Это не шутки, Нита никогда не ошибается! — упрямо тряхнула головой моя любимая Грета, и «водоразлив» наконец-то прекратился …

* * *Мы погрузились в наш короб, который ещё больше расширили. В дополнительный отсек уложили оружие и доспехи, завёрнутые в брезент.

— Поехали! — махнула я Лоерее, Бон захлопнул дверь и закрыл на засов изнутри. Нас несколько раз тряхнуло, благо все уже сидели на своих местах, и никто не упал, и мы взмыли к синему чистому небу.

Два месяца пролетели — глазом моргнуть не успели. Днём я и мои мастера готовились к непростому путешествию, а ночи (точнее, остатки: спать все отправлялись ближе к утру и всего на три-четыре часа), я дарила мужу."

"Через день, после того как Лоерея улетела с Карлом и его советником в их Альвер, Лиам слёг — результат укусов пяти фей. Отделаться от этих клятв малой кровью не вышло: муж страдал несколько дней, я вливала в него свою целительскую силу, ненадолго облегчая муки. Снятие всех обещаний далось Лиаму Йорку архисложно.