- Я у него работаю, - быстро ответила я. - Договорились, что зайду вечером, он даст мне книгу, а прихожу, а он... - мой голос сорвался.

- Понятно, - протянула женщина. - Я в полицию, а ты его сыну позвони. Телефон знаешь?

Я послушно закивала. Все-таки это была отличная идея - привлечь соседей, теперь моя версия событий выглядела еще более натуральной.

Когда соседка начала набирать номер, я выскользнула с соседнее помещение, щелкнула выключателем, это оказалась кухня, правда не менее огромная, чем комната. Я вышла, потому что не хотела, чтобы женщина услышала, как мой голос из испуганно-истеричного становится спокойным и безжизненным.

Кирилл взял трубку после первого гудка.

- Я тебя слушаю.

У меня сжалось сердце от того, что я должна была ему сказать. Это все было неправильно, несправедливо. Не должны умирать такие люди, ни за что не должны...

- Ты в городе? - спросила я.

- Да, - его голос стал настороженным. - Я дома. Что случилось?

Я сглотнула, слова из себя пришлось выдавливать, язык отказывался произносить то, что должен был.

- Владимир Петрович... - вот теперь мой голос сорвался по-настоящему.

- Что с ним? - тон Кирилла стал требовательным и напряженным.

- Он... он умер, - выдохнула я. В трубке была тишина, я даже испугалась, что связь прервалась. - Ты меня слышишь?

- Да, - голос Кирилла изменился до неузнаваемости. - Где ты?

- У него в квартире.

- Что ты?... А, к черту, не важно... Сейчас приеду.

Я не успела ничего ответить, когда услышала гудки. Зажмурилась.

""Все правильно, - заговорил, молчавший до этого Зверь. - Ты все делаешь правильно. Успокаивайся"".

""Я спокойна"".

""Еще спокойнее. Сейчас, когда Кирилл приедет, ты не должна добить его еще и своими переживаниями"".

"""Знаю"", - кажется, теперь я была способна лишь на односложные ответы.

Меня знобило. Я подняла руку к волосам и обнаружила, что на мне все еще надета шапка. Я стянула ее нетерпеливым движением и сунула в карман куртки.

Мне хотелось забиться в угол и ждать приезда Кирилла тут, но это было бы неправильно. Если бы я, и вправду, только что обнаружила тело старика, у меня сейчас была бы та самая истерика, которая случилась у меня дома. Поэтому сесть и спокойно ждать - поведение, которое не может не вызвать подозрений.

Я заставила себя вернуться в комнату, взглянула на труп, вздрогнула и отвернулась, позволила глазам наполниться слезами.

- Позвонила? - спросила соседка.

Я кивнула.

- Он выехал.

- Бедный парень, - пробормотала она, звучало искренне, все любили Золотаревского.

В дверь постучали, и я бросилась открывать. Приехала ""скорая"", и я тут же проводила их в комнату.

Молодой врач так же, как и я несколько минут назад, проверил пульс и покачал головой. Потом посмотрел на таблетки и бокал.