А может, это просто была обида. Горечь, злость на самого себя.

Какого черта он вообще сюда поперся?!

Просить совета у умалишенного? Ха-ха! Что старый, выживший из ума идиот мог знать о его жизни? Жил со своей злобной карлицей Лавинией, и радовался, потому что ему так нравилось! Несчастный подкаблучник.

А он таким не будет. Никогда. Не будет и все. И проклятому наследию предков не взять над ним верх!

Какое-то время король Аргантара так и ломился через лес, не разбирая дороги, потом он все-таки остановился. Потому что понял, забрел не туда, и если не хочет до утра бродить в этих зарослях, надо выбираться.

Вокруг темно, ночь. Пришлось поворачивать обратно, искать коня. Проплутав еще час, Норберт отыскал таки коня. Тот мирно пасся, самозабвенно общипывая какие-то кусты, совсем как коза. Он мог только порадоваться за коня, хоть кому-то удалось сегодня заморить червяка!

В итоге, спустя какое-то время, голодный и злой как черт, Норберт поскакал обратно. И к рассвету, окончательно одеревенев от злости, голода и усталости, добрался наконец до своего замка.

***

Дома, не успев миновать въездные ворота, король вызвал к себе начальника секретной службы. И пока его величество морщась слезал с коня, тот начал быстро докладывать обстановку.

Как оказалось, венценосные гости в отсутствие хозяина не скучали. Охота, бал, флирт, танцы, карты. Подробности… Впрочем, подробности короля не интересовали. Он быстро шел по коридорам еще сонного замка, слушал и кивал. Не скучали — это хорошо.

— Герцог Линдосский? — спросил король мрачно."

"— Покинул замок еще до вашего отъезда, сир. Но перед этим он пытался воспользоваться порталом, и мои люди успели выяснить, куда его светлость намеревался попасть.

— Не хочу об этом знать! — отрезал Норберт, чувствуя, как к горлу подкатывает раскаленная ярость.

Капитан Гуро взглянул на него искоса и осекся. А Норберт выдержал паузу и уже более спокойным тоном спросил:

— Больше никто не покидал замок?

— Кхммм, — начальник секретной службы потер лоб. — Вчера днем уехал наследный принц Марио Сараготский.

И он туда же? Сопляк! Оскал возникший на лице его величества трудно было назвать улыбкой.

— Кто-нибудь еще?

— Больше никто не уезжал, сир. Остальные гости на месте.

— Хорошо, — рыкнул Норберт. — Дайте мне три часа сна. Потом доложите обстановку.

Начальник секретной службы откланялся и удалился, а его величество отдал себя наконец в руки слуг, уже суетившихся с завтраком и ванной. Ужасно хотелось есть, но он сначала хотел быстро смыть с себя пыль и пот, потому что после еды точно не полез бы ванну. И действительно, его величество заснул за столом прямо во время завтрака.

Его осторожно перенесли в постель, раздели, укрыли и на цыпочках вышли.