Усаживаю на колени и зарываюсь лицом в копну пушистых волос. Пару секунд отдышаться и успокоиться, она на меня действует только так, что всю жизнь бы так сидел с ней.

Мы сидим молча, и только обоюдное сбившееся дыхание между нами. Внезапно Василиса начинает гладить меня по голове, успокаивающе и так нежно, что я на мгновение отпускаю свою злость и просто наслаждаюсь моментом.

Такое же ощущение дарила мне мать, которая была светом в царстве тьмы. И всегда говорила одно и то же «будь спокоен, я люблю тебя, это самое главное».

Вася прижимается ко мне и уже увереннее обхватывает руками, и я синхронно повторяю за ней.

Сильнее прижаться друг к другу просто невозможно. Слова сами льются из меня."

"—Я попал в аварию, когда узнал, что моя мама погибла. Ее сбила машина сразу после того, как она застала отца с малолеткой. Я как раз ехал домой, когда мне сообщили, а дальше…только скорость обычно меня отвлекала, я ею напитывался, чтобы боль свою заглушить. Всегда работало, что бы ни случилось. А тут… просто не снял ногу с педали газа, все заволокло дымкой. Клык только в курсе, как это произошло, я с ним на связи был в этот момент.

Топил за двести двадцать, машина в хлам, и я тоже должен был. Но я здесь. Она меня спасла, потому что, когда все случилось, я помню лишь то, что меня держала за руку мама и просила быть сильным. А я дал слабину, как видишь.

Когда заканчиваю свой рассказ, Вася уже успевает залиться слезами, веду пальцами по бледным щекам и собираю по крупинкам эту сладкую горечь.

—Я…мне правда очень жаль, я тогда еще сказала…мне так стыдно, — закрывает руками лицо и снова всхлипывает.

—Не говори чушь, все хорошо, это уже случилось, тут слезами не поможешь. Прекрати плакать.

Она никогда не плакала, и никогда бы не хотела, чтобы по ней слезы лили. Все, — целую в висок и сам успокаиваюсь, просто покачивая свою девочку на руках.

—А что с твоим здоровьем сейчас?

Черт, приятно-то как.

—О той страшной аварии напоминает лишь этот шрам и периодическая боль в колене при плохой погоде. Если тебя не смущает это, то обязуюсь ходить голым при тебе постоянно, только не в универе, лады? Мой слоник немного смущается.

Вася прыскает уже от смеха, легонько бьет меня кулачком в грудь, а я перехватываю руку и целую в распахнутую ладошку.

Маленькая такая.

—Только ты мог такую ассоциацию провести.

—Не смейся у меня были плавки со слоником в три года, с тех пор я еще не был более модным. Да-да.

Малышка уже не может сдержаться от громкого хохота, а вместе с ней, и я немного отпускаю ситуацию. Переключиться надо, отвлечься. И ей, и мне.

—Ты даже в серьезные моменты умудряешься заставить меня смеяться.

—Стараюсь, малыш. Если бы не юмор, я бы давно слетел с катушек.

Вася осторожно берет мое лицо в ладошки, а я от удовольствия разве что не мурчу.