А тут собрались не только наши преподаватели, но и знакомые с других кафедр,

И тут я получаю ответ, сносящий меня с ног. Стой я сейчас, точно бы упала.

—Ой, как чего? Женушка нашего проректора, оказывается, узнала, что ее муж с лучшей подругой отжигает. И не стала особо церемониться. Проректора сразу сняли, без лишнего шума, а нашу Ольгу Павловну тягают по комиссиям. Ой не знаю, что будет нам всем хотя бы просто потому, что работала она в нашем универе. Вот всех и «проверяют», но ты ведь понимаешь, что если захотят найти — найдут даже то, чего нет.

Ручка выпадает из рук, а на затылке я ощущаю точечные удары молота, словно о наковальню. Спокойно, Вася. Спокойно. Вот только мысль о том, что Падловна может и меня за собой потянуть, не дает покоя. Сейчас будет достаточно просто

—За аморалку прикинь? Это же все, билет в один конец, ее больше никуда не возьмут на работу. А тут еще всплыли факты интрижек со студентами и взятками. Ну ты понимаешь, сейчас на нее навешать могут все, что угодно.

Отношения со студентом. Язык прилипает к небу.

—Такая не пропадет, не волнуйся. У нее вариантов еще море.

Все эти фразы проносятся словно мимо меня жуткими картинками того, как я иду следом за Падловной, к горлу подкатывает тошнота, и я пулей вылетаю из кабинета, стремглав несясь в сторону туалета. И едва ли успеваю в него забежать, как все внутренности у меня сворачиваются в узел, и мне стоит больших усилий сейчас не вырвать. Буквально заставляю себя успокоиться. Такое со мной случается, в высшей степени волнения желудок сдает. Тяжело опустив голову на прохладную стенку, я с трудом выдыхаю спертый воздух закрытого помещения, где пахнет точно не лилиями и смотрю на часы.

Я опоздала уже слишком, но в таком состоянии идти на пару равносильно походу на гильотину. Однако выхода в моем случае не предусмотрено.

Собрав последние силы, я возвращаюсь на кафедру, забираю журнал группы и свой рабочий, и под непонимающие взгляды всех присутствующих иду на пару, бросив напоследок:

—Отравилась, все в порядке.

Отравилась. Я в жизни не травилась. Но не станешь же пояснять каждому, что в минуты повышенного уровня стресса я веду себя как нечто невообразимое.

Очевидно, что и пару я веду лишь бы лишь бы. На некоторые вопросы даже забываю ответить и в целом состояние не вау. Все мысли крутятся вокруг этой ситуации, и я отчетливо понимаю, что начинаю сходить с ума. Ко мне прикопаться вообще невозможно. С чего бы это?

Вот только правда в том, что если одного препода за аморалкой застали, то и других будут проверять как в последний раз. А раз это еще и наша кафедра…потонув самостоятельно, Падловна потащит и меня за собой, лишь бы не разгребать все эти проблемы «в одно рыло», как говорит Рустам.