Может и потому не сказал мне? Может в этом и кроется ответ? А не в том, с чем я успела себя уже накрутить?

—Когда у него день Рождения?

—Пятнадцатого декабря, и мы…с его братом хотим немного разбавить его серые будни. Не в обиду сказано…Но все же, хотим ему праздник неожиданный устроить.

—А это нормально будет? Я в том смысле, что он ведь не любит…

—Прошлое надо оставлять в прошлом, а то оно слишком тяжелое, чтобы всюду таскать этот чемодан без ручки, — Егор отвечает серьезно не по годам, хмуря брови, а я не нахожу ответ сразу. Молчу и пытаюсь свести дебет с кредитом.

—Какая идея?

—Прикинься шибко занятой, такой, чтобы на хромой кобыле не подъехать, вся в делах, ему, разумеется, ни слова. А пятнадцатого вечерком часиков в пять собираемся в нашем месте, скину тебе еще предварительно адрес со временем, чтобы ты там не потерялась.

Я киваю, анализируя ситуацию. Что-то не дает мне просто расслабиться. Он мне все-таки не сказал, я даже подарок не готовила, а тут осталось всего ничего…ну кто так делает?

В голове явно звучит возможный вариант ответа со стороны Руса на мой протест:

«Лучший мой подарочек — это ты».

Печально улыбаюсь своим мыслям, ведь я уже и отвечаю в голове вместо него. Приплыли, конечная. Сушим весла, господа.

* * *Все последующие дни я максимально стараюсь делать очень занятой вид, лепеча о конференции, да, она и правда будет. В этом я точно не соврала, но будет она аж после Нового Года, а и есть как минимум, месяц до неспешной подготовки. И как же мне сложно так заранее готовиться, особенно, если все и так готово. Я ведь трудоголик, готовлюсь сразу и наперед, иногда аж за полгода «до».

—Малыш, а, малыш? Ну я же, я же лучше какой-то там конференции… — Рустам томно дышит мне в ухо, стягивая ночнушку, но, чтобы он реально поверил в происходящее, нужно играть до конца. Я тяжело выдыхаю и переворачиваю еще одну страницу очередного справочника по техническому переводу аббревиатур в Международных стандартах (ISO), у меня была дипломная работа по этой теме, а посему я и продолжаю идти в одном направлении.

—Рус, я не могу…у меня работа же…я опозорюсь.

Рустам хмыкает, слышу, как стягивает…трусы, а майгат! А затем с голым задом, поигрывая мышцами парень эротично запрокидывает ногу.

—Ты понимаешь вообще, от чего ты отказываешься? — бьет себя по ягодице, от чего я прыскаю со смеха, потому что картина эта точно написана маслом. Вкупе с забавным голосом равняется моему истеричному хохоту.

—Рустам, я закончу и приду.

—Пока ты там кончишь, я сам уже справлюсь и буду спать, — парень подмигивает мне на слове «кончишь», а я снова покрываюсь румянцем, вот прямо чувствую, как кровь приливает к щекам.