Правда не было отца, который меня этому боксу обучил, но тут нашелся и другой человек, который учил меня сублимировать по-своему. В Чехии был местячковый Бойцовский клуб в антураже знаменитой книги.

Раз, два, три, четыре, десять. Поднимаюсь и снова с высоты роста падаю на пол, жим раз и два. Мышцы жгут, но я продолжаю. Затем пресс. И снова по кругу все то, что и делаю обычно каждое утро, пока на фоне не слышатся тихие шаги, и я поворачиваю голову, чтобы узреть самое прекрасное, что мне вообще доводилось видеть в своей жизни. Вася стоит абсолютно голая в моей рубашке, которая доходит ей до середины бедра.

—Не спится? — хриплю, делаю очередной жим.

Вася сжимает пальчики на ногах. Аккуратные такие пальчики с белой каймой на краю. Хер его знает, что это, но красиво. На не вообще все красиво. Хоть мешок напяль сверху. Смотрит на меня, я чувствую. И мне так хочется, чтобы она все время так смотрела на меня.

—Встала на работу, — скромно улыбается та, которая ночью, войдя в раж, вытворяла такое, что я сам немного охренел, но остался крайне доволен. Все что надо было сделать, это разжечь малышку, она и показала все свои потайные стороны.

—А как же зарядка с утра?

Вася смотрит на то, как я отжимаюсь, а я рад стараться, делаю это с особым пылом, сильнее и быстрее, чтобы она видел товар лицом. Труселя давно уже натянулись в нужном месте, но я продолжаю жим. Для меня и двести не предел. Вася жмется, краснеет и кусает нижнюю губу. Черт, нельзя же так, девочка.

—Я и спорт вещи противоположные, — неуверенно отвечает Вася, отводя взгляд. Поздно, я видел, как расширились твори зрачки при очередном отжимании, а я еще и мышцами поиграть успел.

Упорно продолжаю жим и все так же смотрю в ее небесно-голубые глаза. Со мной ты со спортом будешь на «ты», малыш, потому что в сексе нужна выносливость.

—Иди сюда.

Останавливаюсь и стою в планке.

—В смысле?

—Падай на спину."

"Воцаряется молчание, Вася недоверчиво смотрит на меня, а затем на себя, стараясь опустить рубашку ниже, но, черт, ты делаешь только хуже.

—Что? Нет, ты что.

—Я сказал, падай. Начнем приучать тебя к спорту.

—Нет…это будет тяжело.

—Кому?

—Ну тебе…

Едва сдерживаюсь, чтобы не заржать.

—Звучит как оскорбление, учитывая, что ты совсем ничего не весишь.

Вася надсадно вдыхает, заламывает урки за спиной, отчего рубашка натягивается так сильно, что видно не только силуэт, а вообще все видно, черт возьми, и я сейчас на части разорвусь, если не окажусь внутри этой девочки.

—Хорошо, но…как?

—Просто ложись на меня, — хриплю, все еще стоя в стойке. Первая усталость в мышцах дает о себе знать, но мне срать. Сейчас нельзя упасть лицом в грязь.

Вася подходит и делает все, как я сказал.