Размеры у сумки внушают уважение, только вот судя по лёгкости, с которой та удерживает её на весу — вещей там немного.

- Заходи, - равнодушно пожимаю плечами и сажусь на край узкой койки, застеленной мягким шерстяным покрывалом.

Возможно, та Виктория чувствовала бы злость и горькое, обидное, до невозможного, предательство. Но я вижу девчонку впервые, если не считать видения, и обнаруживаю в груди гулкую, звенящую пустоту.

Лиззи неуверенно приближается ко мне, поставив сумку на пол. Осторожно поднимает на меня глаза - ярко-голубые, с красными прожилками сосудов на белках, будто она плакала несколько часов кряду. С длинных ресниц срывается крупная, прозрачная слезинка.

- Вики, я... я принесла тебе вещи. Клянусь, я не хотела, но лорд-ректор приказал….

- Лорд-ректор? - с губ срывается ледяной смешок.

Нет, я не ревную, боже упаси, но такая откровенная фальшь выводит меня из себя.

- Твой муж, - выдержав паузу, произносит она, и я каждой клеточкой кожи ощущаю, как тяжело даётся ей это признание."

"Что ж, она, по крайней мере, не пытается оправдываться. Понимает, что не отвертеться, и старается делать хорошую мину при плохой игре.

- Здесь твоя любимая ночная сорочка… - девчушка, стоя передо мной с опущенной головой, как злостная прогульщица перед строгим учителем. Загибает пальцы с полукруглыми ноготками, выкрашенными в жемчужно-розовый цвет.

Ну прям сама невинность!

Любимая ночная сорочка! Рылась, значит, в нижнем белье старшей родственницы? Откуда ей знать, в чём Виктория ложилась спать, будучи замужней?

- Книга, которую ты так и не дочитала, и пару платьев на выход. Я подумала, что тебе это пригодится.

- Спасибо, - как бы я ни старалась, язвительность лезет из меня как тесто из квашни. - Интересно, как много в Змеиной Пасти мест, где можно выгулять выходные платья?

Тонкий, звенящий голосок, срывается на громкий плач, и Лиззи крепко обнимает меня, безостановочно всхлипывая во весь голос. Чувствую, как блузка промокает от её слёз и неприятно холодит кожу в районе плеча. А нос начинает свербеть от сладких до приторности духов.

- Вики, я не хотела! Ты же знаешь, какой он злой и страшный!

В это я верю.

Уже убедилась.

- Я хотела всего лишь отвлечь милорда! Рассказала смешной случай, который произошёл со мной на первой паре, а он…

А он тебя, чёрт возьми, поцеловал, и ты была рада! Вон как цеплялась за чужого мужчину.

Как утопающий за соломинку.

Оглаживала сильные плечи и мощную шею вот этими самыми пальчиками с розовыми ноготками.

В голову приходит глупая мысль, от которой мне хочется нервно рассмеяться: никогда больше не покрашу ногти в розовый.

- Вики, как мне жить без тебя? - завывает кузина, заходясь сильным кашлем и выпуская меня из липких, давящих объятий.