Растянули фланги по околицам, но сам понимаешь – не выход, в полку осталось около трёхсот боеспособных бойцов, из них, считай: половина с легкими ранениями, около сотни тяжелораненых. Кончаются лекарства, перевязочные материалы и в медсанчасти тяжелые времена: врачей почти нет, с десяток медсестёр. Боеприпасы у личного состава кончаются. В наличии несколько полуторок, четыре орудия, ни одного танка, зато целая куча гужевых повозок. Где соседи мы уже не знаем, но на фланге тихо, связи с командованием нет. Есть только приказ, полученный позавчера: отходить на северо-восток, к Вязьме, насколько известно, никто приказ не отменял.

Наш полк формально ещё существует, но фактически – что такое три сотни солдат? – на три атаки в условиях наступления.

– И часто у нас случаются – условия наступления? – осторожно спросил Глеб.

Полковой комиссар хрипло засмеялся:

– Ты прав… Впрочем, изредка переходим в контратаки, когда другого выхода нет. Одно радует – бойцы дико устали, растеряны, не могут понять, что происходит, но от политруков не было ни одного доклада о случаях паникёрства, желания сбежать в лес или сдаться в плен.

Все бойцы готовы стоять до последнего за нашу родину… Вот только: кому они на хрен нужны в мёртвом виде? И как от мертвецов добиваться выполнения поставленной задачи – ума не приложу. Знаешь, мы бы и дальше отступали, всю ночь бы шли, но люди предельно измотаны, нужна хоть какая-то передышка.

– Нас немцы не прихлопнут в этой деревне, товарищ полковой комиссар?

– Не думаю… По крайней мере ночью они вряд ли пойдут. Пришлось привлечь ребят из твоего взвода, старшим в твоё отсутствие остался, кажется, сержант Уфимцев – они уже вернулись.

Немцы встали в трёх верстах от деревни, разбивают полевой лагерь, их силы тоже растянуты – остерегаются идти вперёд, ждут подхода резервных подразделений. Ночью они точно ничего не предпримут, потому что в темноте не видно ни зги – до утра можно спать спокойно. Не воюют немцы ночью – отдых у них по расписанию. Они и днём справляются со своими задачами, но я этого тебе не говорил, – врио комполка немного смутился.

– Но мы же не собираемся занимать оборону в этом районе?

– Ты догадлив, лейтенант… Обороняться здесь глупо – положим остатки полка, да и не было у нас такого приказа.

Командование выводит боеспособные части к Вязьме. Там, в районе Горного и Мелихова, и будет формироваться мощный оборонительный кулак…

«Если ещё не поздно», – подумал Шубин."

"– … К рассвету полк должен уйти, – развивал тему Бубенцов. – Пойдём двумя полевыми дорогами в направлении на Отрадное. Главное: вывезти раненых, сберечь основной состав и всю оставшуюся технику. В бой вступать бессмысленно: боеприпасов нет.