Надеюсь, ты будешь себя хорошо вести. Да, Ань? — вопрос мамы звучит с нажимом.

— Да, мам, — я вздыхаю и уже сама кошусь на Тима.

А его лицо сейчас треснет от того, насколько он широко растянул губы в улыбке. Кажется, кто-то прекрасно расслышал наш разговор.

— Вот и славно. Наберу тебя позже. Мне нужно идти. Кстати, может чего приготовишь вкусного? — тараторит мама в трубку.

Но я уже слушаю вполуха, ведь Тим, не переставая улыбаться, разворачивает машину… И этот разворот совсем не в сторону моего дома.

— Угу, — мычу я маме в ответ.

Хочется стукнуться лбом обо что-нибудь твёрдое, чтобы себя немного образумить.

Где моя совесть? Меня собираются отчислить, я же опять тайком смываюсь из дома…

***

— Ты здесь прибрался? — я удивлённо оглядываюсь по сторонам, когда переступаю порог веранды.

А Тим уже обнимает меня сзади.

— Ну так... — со смехом бормочет он мне в затылок.

Вообще-то, до этого момента меня немного мучил стыд. У меня большие проблемы. Наверно, правильным было бы сейчас метаться из угла в угол и пытаться что-то решить, а не сбегать в забытую богом деревушку.

Но стоит только Тиму обнять меня, как чувство тепла и безопасности накрывает меня с головой.

Я выдыхаю. Всё неприятное остаётся там, за дверью, в апрельском вечере. Но не здесь. Я не хочу нести в это место проблемы. Хотя бы на эти мгновения, пока Тим ластится ко мне как котяра.

А на веранде действительно прибрано. На кухонном столе посередине сложены упаковки с лапшой быстрого приготовления, нигде нет и соринки, плед с русалочкой аккуратно расстелен на разложенном диване. Мне кажется, или даже полы стали чище?

Но больше всего моё внимание привлекает спинка стула.

Через неё перекинута стопка вещей. Я замечаю свисающие серые рукава незнакомой кофты и несколько цветных футболок.

Хмурю лоб. Что-то я не припомню такого в гардеробе Тима.

— А чьи это вещи? — указываю на стул подбородком.

— Мои, — выдыхает мне в волосы Тим.

— Ты всё-таки устроил шопинг?

— Это мои старые вещи. Ну как старые… Джинсы куплены несколько месяцев назад, а та серая толстовка буквально за пару дней до нашего знакомства.

В моей голове будто щёлкает. До меня вдруг доходит. Я округляю глаза и резко оборачиваюсь к Тимуру лицом.

— Ты был дома?

— Был, — подтверждает он уверенным кивком.

Мои глаза округляются ещё сильнее.

— И ничего мне не сказал!"

"— Да и говорить здесь не о чём, — Тим закрывает глаза, вздыхает и снова обнимает меня. — Пришёл. Поскандалил. Ушёл.

— Тим… — я с укором качаю головой и выставляю вперёд ладони, упираясь ими в его каменную грудь.

Нет уж. Никакой романтики, пока мы об этом не поговорим. Но только у Тимура другие намерения. Одним лёгким движением он припечатывает меня к себе, скрестив за моей спиной руки.