Дениса ругали, В основном разорялась бабка, Лариса Эдуардовна, Захар молча слушал, ему уже было плевать на все. Вопрос висел, где брать деньги, чтобы покрыть то, что сыночек просадил, и его надо было решать.

Проничев старший тоже больше помалкивал. Когда позвонила невестка и попросила денег, он, конечно, обалдел слегка, как услышал, какая сумма ей нужна. Спросил со смешком:

- А до стольки умеешь считать, девочка?

И тут она ему намек. Мол, ближе пообщаемся. Да, чтоб он сдох, огонь девка. Он же завелся с полпинка. И может быть, даже… Нет, столько бы он ей точно не дал, но…

Лариса нарисовалась рядом и как рявкнула:

- Охренел, старый?!

Его от неожиданности аж подбросило в кресле. Послал Ксеньку на три буквы и оборвал разговор. Но Лариса не угомонилась, уперла руки в бока:

- Забыл, откуда у тебя взялись бабки? Так я напомню.

Пришлось заткнуться.

Сейчас он сидел в кресле и кривил лицо.

- Скажи хоть что-нибудь! – повернулась к нему жена.

- А что сказать? – он вскинул ладони. – Что деревянная воспитала, то и есть.

- Конечно! – немедленно подхватила Лариса Эдуардовна, поворачиваясь к Захару. – Если бы не эта твоя деревянная!..

А Захар вдруг понял, что все, это предел.

- Довольно, - сказал, поднимаясь с места. – Это я идиот. Какого рожна я вообще слушал вас? Надо было жить своим умом, не был бы здесь сейчас!

- Ага, жил бы со своей нищебродкой! – хмыкнула Лариса Эдуардовна. - С интеллигенткой вшивой.

- Еще одно слово про Наталью, и я уйду отсюда нахрен.

Захар не шутил сейчас. Его просто в край приперло. Но мать заткнуть было сложно, когда ее несло.

- Ой, подумаешь, уйдет он! Нашел из-за кого распаляться!

- Все, хватит! – вскинул руку Захар. - Ищите себе нового раба.

Он просто ушел.

Хлопнула дверь. Несколько секунд замешательства, потом Сергей Проничев даже с места привстал:

- Спятила?! Кто будет работать?! Вернуть Захара надо.

Лариса отмахнулась.

- Иди и возвращай! А мне, что прикажешь, его деревянной в ножки кланяться?!

Проничев старший шумно выдохнул и сел на место, а Арина скрестила руки на груди и сказала:

- Не придется. Наша мать, похоже, выходит замуж.

- Что?! Откуда знаешь?

- Видела. Мужик у нее.

- А я говорила, что она пойдет по рукам! А кто, не знаешь? Небось алкаш какой-нибудь?

Арина передернула плечами:

- Глеб Покровский.

Вот сейчас повисло звенящее молчание. Проничев старший прищурился, осмысливая, а его жена с раздражением выдохнула:

- Ничего ее не берет. Вот же гадина непотопляемая.

Осадок был отвратительный, и вообще, такое в доме Проничевых случилось впервые. Да, и раньше Захар, бывало, высказывался против чего-то, но до этого дверью не хлопал.

Ни к какому решению в итоге так и не пришли, вечер был потрачен впустую.