Вайолет стояла под картиной в позолоченной раме, на которой была изображена сцена охоты.

— Недостаточно того, что мы наняли детектива. И даже пусть он будет очень способным. Все равно: мы должны продолжать наше собственное расследование.

Рул покачал головой:

— Морган — профессионал. Мой брат делает все, что в его силах. Я буду добывать информацию самостоятельно, не хочу впутывать сюда и тебя.

— О чем ты говоришь? Ты — мой муж. Ты подозреваешься в убийстве. Я уже вовлечена во все это.

Рул приблизился к ней и взял за плечи.

— Это хладнокровное убийство, Вайолет. И если ты каким-то образом будешь принимать участие в расследовании, тебе тоже может угрожать опасность.

Вайолет прикусила губу. Если ей и причиняет боль кто-то, так это Рул, а никак не убийца. Она подумала о графине. По крайней мере он не с ней встречался в отеле. Она вдруг представила их вместе.

Она тут же выбросила из головы мысли о ней. Перво-наперво они должны найти убийцу.

Вайолет намеревалась во что бы то ни стало найти человека, который убил Чарлза Уитни; ничто и никто, даже Рул, не сможет остановить ее.

"Вайолет оставила Рула в его кабинете и направилась в холл. Вспомнив о вопросе Моргана о записке, она задумалась на какое-то время. Записка уничтожена, но можно попытаться найти человека, который доставил ее.

Она прямиком направилась к Хэту, который тут же поднял голову при ее приближении.

— Вы в чем-то нуждаетесь, миледи?

— Вы в курсе всего, что происходит в этом доме. Думаю, вы уже наслышаны о проблемах вашего хозяина.

Казалось, он был в замешательстве.

— Я слышал кое-что об этом. — Он выпрямил плечи. — Милорд не мог совершить такое злодеяние.

— Я тоже уверена в этом, Хэтфилд. К сожалению, полиция придерживается иного мнения. Так или иначе, мы должны найти виновного.

— Но как я могу помочь вам, миледи?

— Вы помните, что лорд Рул получил записку до того, как отправиться в отель?

— Ода, миледи.

— Вы можете описать мужчину, который доставил ее?

— Это был не мужчина, миледи, это был мальчик.

— Мальчик?

— Ну конечно. Я хорошо его запомнил. На левой руке у него не было двух пальцев. Ему, вероятно, около одиннадцати или двенадцати, одет был в грубые коричневые штаны с дыркой на колене и рубашку, всю вымазанную в саже.

— И у него не было двух пальцев?

— Верно. Судя по шраму на их месте, скорее всего они сгорели. Рискну предположить, что он трубочист.

Вайолет нахмурилась.

— Разве нет закона, который запрещал бы детям заниматься такой работой?

— Есть, конечно, миледи. Несколько лет назад такой закон о договоре между учеником и мастером о прохождении профессионального обучения был принят, но за его нарушение не надо платить Штраф. Так что большинство мастеров нарушают его.

— Ясно.