Когда-то он знал здесь каждый угол, изучил каждую мелкую царапину, ему не нужно было снова осматривать этот дом, чтобы убедиться — здесь ничего не изменилось за время его отсутствия и дело не в интерьере, а фотографическая память с выверенной точностью подбрасывала изображения даже самого потайного уголка в берлоге старого скорпиона.

Перед Ханом распахнули дверь, впуская его в комнату Батыра, в которой собралась многочисленная родня, скорее напоминающая стаю стервятников, готовую разодрать здесь все на мелкие ошметки, едва самый старый из них отдаст душу дьяволу.

К нему все повернули головы и на лицах отразилось недоумение, непонимание, страх и ненависть.

— Что ты здесь делаешь? — Взвизгнула одна из дочерей Батыра и наткнулась на угрюмый, мрачный взгляд своего племянника, ее рот слегка дернулся, как от нервного тика.

— Кто тебя сюда звал? Как ты смел прийти в этот дом? — выступая вперед нагло рявкнул Данзан — старший зять Батыра. — После всего что сделал!

Хан исподлобья посмотрел на Данзана и тот едва заметно отпрянул назад. С диким тигром сцепиться никто не решился бы даже вдвоем, даже вчетвером или вдесятером. Тигр. Так его здесь называли с ненавистью с самого детства. С тех пор ничего не изменилось."

"— Я его позвал, — послышался скрипучий голос Батыра, и все обернулись к умирающему Скорпиону. Старик был настолько бледен, что сливался с подушкой, а его седые, всклокоченные волосы казались похожими на насыпи из талого снега, разметавшегося вокруг его головы.

Это было неожиданным заявлением для всех присутствующих… Десять лет назад в этом доме Батыр Дугар-Намаев проклял своего внука, лишил наследства и права называться его фамилией, которая была одинаковой с фамилией отца Тамерлана, приходившегося Батыру троюродным племянником. — подойди, Лан… я хочу тебя видеть.

— Убедиться, что я все еще жив после твоих проклятий? — ухмыльнулся внук и, не обращая внимание, на родню сделал шаг к постели.

— То, что ты жив, я знал и так. Хочу … хочу увидеть своего единственного внука перед тем, как сдохнуть.

* * *РАНЕЕ….МНОГО ЛЕТ НАЗАД

Она прятала его в подвале, когда отец приходил домой и бил ее ногами. Спрятала и в это раз, закрыв на засов, чтоб он не выбежал и не бросился на ее мужа. Чтобы не впился ему в лодыжку зубами, как в прошлый раз, и не получил удар кулаком по голове. А маленький девятилетний мальчик пытался сломать дверь и бился в нее всем своим худым телом, тряс ее, ломал ногти, выл, пока там наверху кричала единственная женщина, которую он любил, а вместе с криками раздавались глухие удары. Он будет их слышать долгие годы во сне и просыпаясь молча смотреть в потолок, сжимая кулаки, и ожидая своего часа. Тигр умеет ждать.