– Люди – большие сладкоежки, а в каждом из нас одна половина – человеческая.

Волк опешил – среди оборотней не принято было напоминать, что в человеческой ипостаси они внешне ничем от людей не отличаются – и отстал.

Вечером перед самым ужином Кирилл пошел к ручью. Полностью очищенное от мусора русло радовало глаз веселыми переливами прозрачно-серебристых струй.

Волк присел на один из валунов и опустил руки в студеную воду, зачерпнул ладонями, с удовольствием выпил. Нет, такой воды ни из какой скважины не получить, если эта скважина посреди жилой зоны пробурена! Как ни очищаются талые и прочие воды, проходя через   пласты почвы, всё равно кристальной чистоты не добиться.

  Химические соединения из-за выхлопных газов, отходов химии и прочих «благ» цивилизации умудрялись просочиться на любую глубину. А эта вода была ничем не «сдобрена» - люди здесь не жили и, следовательно, не гадили.

Местный альфа – Григорьев – очень следил, чтобы ничто и никто не загрязнял местность.

Весь мусор тщательно собирался и вывозился куда-то за добрую сотню километров – на одну из свалок при большом городе.

- Там все равно уже загажено  дальше некуда, - объяснял альфа  необходимость  дальних поездок.

– А эти земли надо беречь.

Кирилл сам это не слышал, он, по понятным причинам, встречаться с альфой не рвался. Волки, которые по вечерам уходили в основной поселок, рассказывали местные новости. Да и без рассказов было видно, что хозяин из Григорьева образцовый.

Волк оттёр тыльной стороной ладони рот и встал, уловив шорох приближающихся лапок.

К ручью выскочил голенастый волчонок: большая голова,  несуразные к размерам корпуса мосластые лапы и тщедушное тельце.

- Дядя Кирилл! – немедленно перекинулся Андрейка.

– Я вас еще оттуда почуял и сразу прибежал.

- Молодец! – похвалил Кирилл и протянул мальчику две плитки. – Держи, мой проигрыш.

Ребенок расширившимися глазами смотрел на богатство, не решаясь взять, хотя, судя по виду, мысленно шоколад  уже развернул и ел.

- Держи, что ты мнешься? – подтолкнул Демин. – Заработал же!

- Мы на одну спорили, - тихо возразил малыш.

- Это, когда? – удивился волк. – Я количество не называл, сказал только, что шоколад, а одна, три или восемь – не уточнял.

- Нет, вы говорили – шоколадка.

Незаработанное брать нехорошо, - волчонок облизнулся и сглотнул слюну.

Это простое движение ребенка ворохнуло что-то в груди, Грис переступил и фыркнул:

«Хороший щенок, правильный волк будет!»

Острой тоской полоснуло по сердцу – нет у него щенков, некому покупать шоколад, некого учить и некем гордиться. Не прижимать к сердцу, осторожно обнимая тонкие плечики, вдыхая тонкий запах детства, и задыхаться от щемящей нежности.

Грис рыкнул, возвращая мысли в реальность, напоминая, что мальчик терпеливо ждет.