Когда вы развиваетесь, ваше окружение должно развиваться вместе с вами. В противном случае вы можете подсознательно остановить свой собственный рост, чтобы не опередить и не потерять контакт с людьми, которые много значат для вас, но не могут быть с вами.

Когда вокруг нет никого, кто верил бы в ваши поиски или понимал их, вам придется превратить свой окоп в боевую позицию для одного человека. Это нормально. Всегда лучше сражаться в одиночку, пока не найдутся люди, достаточно сильные, чтобы сражаться вместе с вами. Не стоит терять время, пытаясь поднять на холм мертвый груз.

Я был там много раз, и вы должны продержаться до прибытия подкрепления, даже если на это уйдут годы. Одиночество может быть тяжелым и истощающим, но я бы предпочел, чтобы вы оставались одиноким, а не выползали из окопа и не шли обратно через известную территорию в объятия тех самых людей, которые любили вас прежнего и никогда не были рады вашему преображению."

"Значит ли это, что вы должны прекратить все отношения или сжечь все мосты? Нет, не обязательно. Но сомневающихся нужно держать на расстоянии, а все, кто входит в ваш ближний круг, должны принимать вас таким, какой вы есть, и таким, каким вы хотите стать.

Это может потребовать периода адаптации, и это понятно. Но в течение разумного периода времени мужчины и женщины в вашем окопе должны своими словами и действиями дать вам разрешение быть собой.

В 2018 году, прямо перед получением награды VFW, я осознал, насколько мне невыносимо быть в отставке. Я часами обзванивал старых друзей и новых знакомых в армии, ища способ вернуться. Я подумывал о том, чтобы снова поступить на службу в Pararescue, но, вспомнив, как мне нравились школа рейнджеров и отбор в ""Дельту"", решил, что армия может подойти лучше, и написал, что хочу поступить на службу в качестве сорокачетырехлетнего грубияна.

Прошло совсем немного времени, и со мной связался вербовщик. Он был убежден, что сможет это сделать, но это означало переезд на какую-то захолустную армейскую базу для обучения.

Киш не была в восторге. Она много работала и надирала задницу в корпоративном мире в течение двадцати лет и не ожидала, что в этот момент будет жить на армейской базе или рядом с ней. И уж точно она не ожидала, что я откажусь от десятков выгодных выступлений, чтобы подготовиться к третьей службе в армии.

К тому времени я уже зарабатывал больше денег за час или два публичных выступлений, чем за год работы рядовым.

Я ходил по яичным скорлупам, гадая, захочет ли любимая женщина остаться со мной. В то же время я понимал, что жить чужими представлениями о своей жизни - это залог несчастья. В итоге, по ряду причин, я не стал снова поступать на службу. Вместо этого я занялся тушением пожаров в дикой природе. Моя миссия не изменилась.