У тебя, кстати, сегодня особенно… блестящая.

— Мразь, — выдавила она и шагнула ещё ближе. На мгновение он почувствовал жар её дыхания и ледяное напряжение вокруг.

— Ну всё, всё! — он вскинул руки. — Ладно! Прекрати сверлить меня своим взглядом. Я просто немного пошалил. Клянусь, через пару дней всё вернётся на круги своя. Обещаю.

— Зачем ты это сделал? — спросила она уже тише, но голос всё так же дрожал от злости.

— Божественная энергия, крошка… — он откинулся назад, провёл пальцем по собственной груди и ухмыльнулся. — На дороге не валяется. Это всё, что ты должна знать. Дальше делай самостоятельные выводы…

Она долго смотрела на него, будто пытаясь прожечь дырку в его лбу. Потом повернулась и не проронив больше ни слова, пошла прочь, оставляя за собой приятный шлейф духов, похожих на морской бриз…

Чжулонг проводил её взглядом, крякнул, налил себе ещё вина и пробормотал:

— Вот бы приручить эту акулу… — довольно улыбнувшись, он залпом выпил бокал вина, — Хозяйка! — рыкнул он, повышаем градус! Тащи чего погорячее!

С этими словами в пучинах обоих морей раскрылись дополнительные разломы, которые выбросили в воду ещё больше жара…

(Подмосковье, в десяти километрах от Москвы, штаб сопротивления)

— Маш, прости, но я всё-таки отправлюсь с «Сумеречными охотниками»… и с Луизой, — тихо произнёс Сергей, обнимая сестру, которая прижалась к нему и молча зарылась лицом в плечо. — Кто-то должен за ними приглядеть. Верно?

— Если ты летишь, то и я тоже, — твёрдо сказала она, выпрямившись и отступив на шаг. Глаза её блестели, но уже не отчаянием, а упрямством. — Я сильнее тебя. И ты это знаешь.

— Знаю, — с лёгкой улыбкой кивнул он. — Но не могу позволить. Это слишком опасно, Маша. Ты нужна здесь.

Собрание, возникшее почти спонтанно, растянулось до самого рассвета. Прежде чем его начать, Николай, дождался, пока Константин и его люди покинут катер, расположившись неподалёку. Лишние уши в таком серьёзном разговоре ему были ни к чему. Пелагея последовала за ними, как только узнала, что задание будет слишком опасным для неё."

"Российская Империя видоизменялась буквально на глазах. Тут и там вспыхивали предательства, местечковые союзы и настоящие бойни, в которых аристократы, пользуясь случаем, выясняли личные разногласия.

Вот и сейчас, он решил избавить команду от утомительных допросов с пристрастием, всего лишь из-за того, что они услышали лишнее.

Девушка нисколько не обиделась, а скорее наоборот. Ей претили всякие разборки и битвы. Да, она хотела стать сильнее, но не таким же способом. Она сосредоточилась на том, что умела лучше всего. Начала выписывать счета тем аристократам, которые ещё не успели оплатить и получить свои артефакты.