— Говорить буду я, — в зале раздался голос Макарова.

— Василий Васильевич! — возмутилась Карамазова. — Что происходит?

Макеев начал оглядываться по сторонам с глазами, полными страха. Оно и понятно, ведь он понятия не имел, как сюда попал Макаров. Он даже и не заметил, что всё это время в его тени кто-то прятался. Впрочем, так и должно было быть. Обычными методами заметить бывшего агента на задании было невозможно. Он наконец-то отделился от Макеева, и тень начала расти, превращаясь в человека.

— О, не переживайте, Людмила Михайловна, — продолжил Макаров, — Вас пригласил на разговор я, присаживайтесь…

Макаров не стал ходить вокруг да около и сразу же задал главный вопрос: на что готова пойти Людмила Михайловна ради получения её сыном власти? Понятное дело, что дама растерялась, ведь она даже не знала, кто перед ней сидел. А когда узнала, весьма этому удивилась.

— Людмила Михайловна, — продолжил Макаров, — Вы же взрослый человек и понимаете, что я могу передушить всех вас за одну ночь. Как хищник, который может проникнуть в курятник и задушить всю птицу… — Он наслаждался беседой. — А вам ещё сына на ноги поднимать, верно?

Макаров не зря интересовался у Макеева всей родословной, теперь он мог давить на Карамазову по максимуму.

— Вы же понимаете, что мне придётся выступить против Анны и Михаила? — Она нахмурилась. — А за ними стоит этот противный мальчишка! Он очень силён…

— С Донским я разберусь, — Макаров ухмыльнулся. — Даже не сомневайтесь… Я один раз уже его почти прикончил, второй раз осечки не будет…

— Ну… Знаете ли… И всё равно…

От Макарова отделилась тень в виде руки. Она медленно поползла к Карамазовой.

— Что это? — Возмутилась она. — Уберите, уберите её немедленно, или я закричу!

Тень внезапно выстрелила вперёд и схватила её за горло.

— Тварь, — Процедил сквозь зубы Макаров, — Я не собираюсь с тобой здесь сидеть и что-либо обсуждать. Или ты сделаешь так, как надо мне, или я сломаю тебе шею! Ты меня поняла?

— Поняла… — Прошептала Карамазова, едва дыша.

— Так-то лучше, — Макаров очень быстро пришёл в себя. — Сегодня вечером я зайду в гости всем сомневающимся, и они встанут на вашу сторону, а завтра вы должны будете начать голосование, сразу же, после которого мы начнём казнь всех неугодных.

Макеев, который стоял у двери, зажмурил глаза. Он прекрасно понимал, что натворил. Теперь обратной дороги у него точно не будет. А если о предательстве прознает Донской, то ему и вовсе конец. Один раз ему поверили, второго раза уже не будет.

— Поможешь ей! — Макаров взглянул на побелевшего от страха советника.

— Как будет угодно, господин, — Макеев поклонился с поникшим взглядом.

— Хорошо, а теперь давайте подумаем, что мы можем сделать с гигантами, — продолжил Макаров.