– Ясно, – Лера хмыкнула.

– Ну, не красавец, конечно, но приятный во всех отношениях. У нас все тётки от него млели, даже санитарки. Он на пост звонил каждый день пока ты в коме была, узнавал про тебя. Цветы для тебя вон охапками присылал, а для нас вкусности всякие. Я, когда услышала, что он твой муж, даже и не удивилась! Да и я же видела вас с ним вместе.

– М-да, дальше всё чудесатей и чудесатей, – протянула Лера – и где же он потерялся в эти то три дня, муж мой?

– А он не потерялся! – дверь в палату открылась, и вошёл Валерий – он улетал по делам.

– Да вот тьфу на тебя! Напугал! – вырвалось у Леры – муж объелся груш.

– Татьяна, позвольте Вашу ручку! – Валерий подошёл к ошарашенной Таньке и протянул ей свою. Танька протянула и потеряла дар речи, когда он вдруг нагнулся и поцеловал её руку.

– Лера, хорошо выглядишь! – он подошёл и, наклонившись, чмокнул её в щёку. Леру окутал аромат его парфюма, она вдохнула, наслаждаясь. Потом, очнувшись, произнесла:

– Каким ветром надуло, муж? – тон был ехидным.

– Соскучился! – вдруг выдал он, и, увидев ошарашенное лицо Леры, добавил:

– Сок вот тебе гранатовый принёс, для крови тебе пить надо.

– Всё? Или ещё кому привет передать надо? – Лера кивнула на свой телефон, намекая на Макса.

Танька, забыв законы приличия, наблюдала за ними с нескрываемым любопытством. Да будь она на месте Леры, зная, что этот мужчина для неё сделал, уже на шее бы у него висела. А Лера ведёт себя так, будто он провинился. Хотя, может так оно и есть? И тут Танька поняла, что они оба на неё смотрят и молчат. Упс!

– Ой, Лер, я пойду уже. Не буду вам мешать радоваться, – и Танька, чмокнув Леру в щёку, вышла.

– А нечего и некому тебе передавать. Любовник твой со своим дружком арестованы, – сказано это было официальным тоном – считай, миссия твоя завершена. Ты рада? – он следил за её реакцией, надеясь, что она не будет выяснять, с какого боку он то в этом. Не готов он сейчас к откровениям.

– Что, правда? – на лице у неё отразились и удивление, и облегчение.

Валерию это понравилось, он до последнего не верил, что у Леры к Максу не осталось чувств. Опять же, загадочная женская душа. Вдруг сейчас от жалости опять любовь нахлынет?

Лера, увидев, что он только кивнул на её вопрос, откинулась на подушки с облегчением и даже заулыбалась.

– Радуешься, что его посадят? – усмехнулся он.

– Радуюсь, что моему сыну не будут больше угрожать! А Макс с Юриком давно зарвались уже. Одно дело на трубах деньги из казны уводить. Да, это тоже неправильно. Но стадион! Его же для детей строили.

– И что, вот так легко все ваши годы с ним перечёркиваешь? А как же любовь?

– Да не было у нас с ним любви, одни взаимовыгодные отношения. Да, он меня всему научил в бизнесе, и многому в сексе.